Матвей Лебедев

Что бы я ни делала, как бы ни старалась, женщина северной закалки оставалась неприступной как паспортистка в обеденный перерыв.
© Матвей Лебедев, «Чертов интернат»

Она держала путь на запад. Туда, куда родители строго наказывают своим детям не ходить. Мимо шумящих тополей, сосен-зубочисток, ведьминых берёз. Вдоль топей и оврагов. Вплавь через реку Снежку, которая по весне выплевывает на берег пару-тройку разбухших «подснежников» с пустыми глазницами.
© Матвей Лебедев, «Чертов интернат»

Сумрачный холл впустил меня в свои теплые объятья. Ковры, электрические канделябры, деревянные панели, высокие потолки, стены без окон. Мещанское убранство расслабляло, заставляя оставить за дверью все печали и тревоги и почувствовать себя как минимум принцессой. Но королевской крови во мне не текло, поэтому вместе с приятной истомой я стряхнула с сапог снег и поковыляла в конец коридора.
© Матвей Лебедев, «Чертов интернат»

Кладбище не место для любопытства. Пропуском туда может быть только горе. Придешь с пустым сердцем — уйдешь с тяжелой ношей.
© Матвей Лебедев, «Глоток свежего мусора»

Повисла тишина, прерываемая лишь монотонным чавканьем Чарли. Ребята обменялись красноречивыми взглядами. Моя надежность оказалась на чаше весов супротив страшной тайны, которую хранили воспитанники интерната от взрослых. Если бы не перебитая лапа пса, мне бы ни за что не удалось сравнять счет в битве за детские сердца.
© Матвей Лебедев, «Чертов интернат»

Метель, очухавшись от ночной гулянки, вновь взялась за свое.
© Матвей Лебедев, «Чертов интернат»

В тусклом освещенном тамбуре замаячила синяя униформа кондуктора. Необъятная женщина с кудрявой головой, нахлобученной на три желейных подбородка, отчитывала курящего мужчину.
© Матвей Лебедев, «Чертов интернат»

С ума девка сошла! Нет бы в школе остаться. В тепле тетрадки перебирать. Подавай ей вшивых детёв всякого отребья.
© Матвей Лебедев, «Чертов интернат»

— Мы гроб закажем, поминки справим. Тебя найдем и закопаем… — напела Аня, раскачиваясь на кровати как маятник в тесной домовине напольных часов.
Да, я уже ни раз слышала эту песенку. Соседская ребятня часто завывала ее под моими окнами, аккомпанируя себе хлопками и притоптыванием. Но от того, как напевала ее новенькая, волосы начинали невольно шевелиться.
© Матвей Лебедев, «Чертов интернат»

Я уже готова была праздновать легкую победу над незваным гостем, но тут он решил тактично напомнить, что гость здесь не он, а я. Мощный удар тяжелой обледеневшей ветки разнес в мелкие осколки оконное стекло. Искореженную раму вывернуло в комнату. Она печально повисла на единственной выжившей петле. Но и та, сколько бы ни старалась, не смогла выдержать напора могучих ветвей и остервеневшего ветра.
© Матвей Лебедев, «Чертов интернат»