Марина Цветаева

И взглянул, как в первые раза
Не глядят.
Чёрные глаза глотнули взгляд.

Вскинула ресницы и стою.
— Что, — светла? —
Не скажу, что выпита до тла.

Всё до капли поглотил зрачок.
И стою.
И течёт твоя душа в мою.

Единственное, чего люди не прощают, это что ты без них, в конце концов — обошелся.

Люди ревнуют только к одному: одиночеству. Не прощают только одного: одиночества. Мстят только за одно: одиночество. К тому — того — за то, что смеешь быть один.

Успех — это успеть.

Вы меня никогда не любили. Если любовь разложить на все ее составные элементы — все налицо; нежность, любопытство, жалость, восторг и т. д.
Если всё это сложить вместе — может и выйдет любовь.
— Но это никогда не слагалось вместе.

-Я не знала, где Вы, но была там же где Вы, а так как не знала, где Вы, то не знала, где я — но я знала, что я с Вами.

Не стыдись, страна Россия! Ангелы — всегда босые.

Никто на меня не похож и я ни на кого, посему советовать мне то или инoe — бессмысленно.

Душу никогда не будут любить так как плоть, в лучшем случае- будут восхвалять. Тысячами душ всегда любима плоть. Кто хоть раз обрек себя на вечную муку во имя одной: души? Да если б кто и захотел- невозможно: идти на вечную муку из любви к душе- уже значит быть ангелом.

Ты, мерящий меня по дням,

Со мною, жаркой и бездомной,

По распаленным площадям —

Шатался — под луной огромной?

И в зачумленном кабаке,

Под визг неистового вальса,

Ломал ли в пьяном кулаке
… показать весь текст …

Я пришёл к тебе за хлебом
За святым насущным.
Точно в самое я небо
Не под кровлю впущен
Только Бог на звёздном троне
Так накормит вдоволь
Бог, храни в своей ладони
Пастыря благого
Не забуду я хлеб-соли
Как поставлю парус
Есть на свете три неволи
Голод — страсть — и старость
От одной меня избавил,
До другой — далёко
… показать весь текст …

В жизни я безмерно-дика, из рук скольжу.

…сколького бы я никогда не поняла,
если бы родилась мужчиной…

В тихий час, когда лучи неярки и душа устала от людей,
В золотом и величавом парке я кормлю спокойных лебедей.
Догорел вечерний праздник неба. (Ах, и небо устает пылать!)
Я стою, роняя крошки хлеба в золотую, розовую гладь.

Уплывают беленькие крошки, покружась меж листьев золотых.
Тихий луч мои целует ножки и дрожит на прядях завитых.
Затенен задумчивой колонной, я стою и наблюдаю я,
Как мой дар с печалью благосклонной принимают белые друзья.

В темный час, когда мы все лелеем, и душа томится без людей,
Во дворец по меркнущим аллеям я иду от белых лебедей.

Каждый стих — дитя любви,
Нищий незаконнорожденный.
Первенец — у колеи
На поклон ветрам — положенный.

Сердцу — ад и алтарь,
Сердцу — рай и позор.
Кто — отец? Может — царь,
Может — царь, может — вор.

Влюбляешься ведь только в чужое, родное — любишь

Наши души, не правда ль, ещё не привыкли к разлуке?
Всё друг друга зовут трепетанием блещущих крыл!
Кто-то высший развёл эти нежно-сплетённые руки,
Но о помнящих душах забыл.

Каждый вечер, зажжённый по воле волшебницы кроткой,
Каждый вечер, когда над горами и в сердце туман,
К незабывшей душе неуверенно-робкой походкой
Приближается прежний обман.

Словно ветер, что беглым порывом минувшее будит,
Ты из блещущих строчек опять улыбаешься мне.
Всё позволено, всё! Нас дневная тоска не осудит:
Ты из сна, я во сне…
… показать весь текст …

Изо дня в день держишь душу наготове…
А ведь возьмут врасплох …

Времени у нас часок.
Дальше — вечность друг без друга!
А в песочнице — песок —
Утечёт!

Что меня к тебе влечёт —
Вовсе не твоя заслуга!
Просто страх, что роза щёк —
Отцветёт.

Ты на солнечных часах
Монастырских — вызнал время?
На небесных на весах —
Взвесил — час?
… показать весь текст …

Как правая и левая рука,
Твоя душа моей душе близка.

Мы смежены, блаженно и тепло,
Как правое и левое крыло.

Но вихрь встаёт — и бездна пролегла
От правого — до левого крыла!