Людмила Щерблюк

Коль обувью натёр мозоль
Ее снимаешь с облегчением.
Коль в душу вдруг пробрался вор,
Гони ты прочь без сожаления.
И не дари ни йоты ты
Ни дня, ни ночи, ни минуты
Ни слов, ни дел, ни красоты
Тому, кто в душу и обутым.

Для собственных фантазии не важен взгляд со стороны.

Даже если, что-то чуждо,
но тебя коснулось, вдруг…
стало безнадежно нужным,
и приемлемым, мой друг.

каждое достоинство- это правила, каждый недостаток это исключения из них

судьба, она, такая «тётка»
то пряником и тут же плеткой
нам остается выжидать
какое место подставлять

Не стоит сожалеть о днях ушедших,
неважно было плохо ль, хорошо.
Прекрасны расставания и встречи,
Коль жизни, ещё, кружит колесо.

Фунт лиха пережил на диво, а вот предательство сломило.

Я и в молодости не спешила куда то,
И не скрою, порой, ожиданием жила.
Торопила лишь день, день -аванса, зарплаты,
А сейчас только пенсии, вот такие дела.

Наша жизнь «Без вины виновата»
даже нет у неё адвокатов.
Обвинителей и прокуроров расплескалося целое море.
И чуть что — это жизнь виновата, а она… что она? акробатом,
Извивается, в позу ложится и трепещется раненой птицей
Не скулит, не гундосит, не плачет, а как конь вороной просто скачет.
Пронесётся и ты не заметишь. Пред тобою финал, кто ответит?
И претензий уже не предъявишь… только память себе ты оставишь
И ещё сожаления тайные, что винил её
и… покаяние.