хрюха

Тяжелые изнурительные работы с раннего утра и до глубокой ночи — залог воспитания благопристойных девушек.

Ученые плохие мальчики сделают плохого с сто раз больше, чем неученые.

Хороший у нас гимн, и слова хорошие, жаль что их написал перевертыш.

Гениальность всегда находится за гранью здравого смысла.

Прошли времена дикости советской, настали времена дикости демократической

Мудрец сказал — всякое дело красит мера. Правда в том, что нужно ровно столько нужно и ни на йоту больше. Фотографы знают, что такое перебах, и что такое недобах. Ан нет — никакого недобаха, сплошной перебах — все больше, и больше, и больше. Не подавимся? Перебах зашкаливает, башню срывает. Объяснить бы по-солдатски, что человеку нужна всего лишь одна миска, одна ложка, одна кружка и одна подушка — засмеют. В итоге — «все растущие потребности», гнездо смиряться не хочет, наглеет, садится на шею, свешивает ноги, о вечном уже и не подумать. И, пожалуйста, не надо прикидываться овечками, посмотрим правде в глаза. Нельзя не признать, что, сколько Пушкина про разбитое корыто ни читай — бесполезно.

В паутине слов запутались соловьи,
В Жемчужинах по горло обо всем,
Что приходит в бабьи репы о любви,
Про сопли брошенок, и об отсутствии ее.

Вы никогда не видели, как бездомные собаки замерзают на автобусных остановках? Это бывает, когда ударят первые, по-настоящему серьезные, холода. Они ничего не просят, и ни на что уже не надеются, а ложатся на снег и умирают на глазах спешащих горожан. Вот две перестали дрожать, только от вожака еще идет парок. А мы, выпив чашечку горячего кофе, и закусив бутербродом, куда-то бежим, бежим… Что нам pа дело до чужой смерти, к тому же собачьей?

Никогда не давай никаких обещаний, а если все же поведешься — руби концы и линяй при первом удобном случае, беги, что есть духу, рви когти, заметай следы, чтобы ни одна собака тебя не нашла и не вычислила, да выпрямится твоя спина, да расправится твоя грудь, и да распахнется перед тобой волшебная даль истинной свободы, не опутанной коварством сетей коварного племени.

Эйфелева башня — еще не видел, а оскомину уже набила.