Геннадий Верзин

Запах горячей земли,
Западный ветер принёс,
Гасит на шхуне огни,
Рослый, курчавый матрос.

Океанический шторм,
Зверем голодным реви,
Дарят небесный восторг,
Листья священной травы.

Сколько ещё, капитан?
Старый маяк впереди,
Снизу глазами кита,
Донная ведьма глядит.
… показать весь текст …

Глядит в окно холодная Луна,
Змея-любовь терзает сердце мукой,
Дым сигарет и терпкий вкус вина,
Остались только нежность и разлука.

Я принял яд и он меня убил,
А так хотел в свои поверить крылья,
Судьба-палач под маской той любви,
Вершит свой суд от имени бессилья.

Промокший весь под мартовским дождём,
Последний раз держу тебя за руку,
А он идёт, проклятый дождь идёт,
Остались только нежность и разлука.
… показать весь текст …

Паспорт сделали ID,
Чтоб держать меня в узде,
Чтобы робу мне надеть,
С кодом цифровым везде.

Мама с папой имя дали,
А теперь его забрали,
Имя знает даже кот,
Только я теперь вот — код.

У меня не стало предков,
Заперт в цифровую клетку,
Всех людей ушла пора,
Рядом только номера.
… показать весь текст …

Исаму Такахаси в четвёртый раз вышел из тюрьмы. На этот раз его никто не встретил. Тридцатидевятилетний якудза стоял у пирса Ниигаты и курил. Решение завязать с прошлым было железным. Несмотря на то, что последние два с половиной года он провёл за решёткой, ещё свежи были воспоминания о том, как младший брат Кеншин умер на его руках, застреленный наёмным киллером из конкурирующей группировки. Зайдя в бар и выпив бутылочку пива, Исаму вызвал такси. Машина довезла до вокзала, где он купил карту и…
… показать весь текст …

Светало, блеск холодных звёзд смешался с маревом рассвета,
Стекали медленно их отражения водою по стеклу,
Умчалась прочь, Земли орбиту покидая, уходящая комета,
Хвост растянув и напоследок осветив ночную мглу.

Стояли вязы величаво у дороги древними волхвами,
Шепча листвой те заклинания промчавшихся времён,
Багряный диск тьму разгоняет над холмами,
Ночь растворяя и её глубокий сон.

Из парка вышли в город дребезжащие трамваи,
Разбрызгав лужи, проезжают одинокие авто,
Закрылся клуб и даму ветреный поклонник забирает,
Открыв ей дверь и придержав слегка пальто.
… показать весь текст …

Ишикара учился искусству каллиграфии в Сагами у мастера Рю. Получив весть из дома о том, что его мать больна, он собрал мешочек с провизией и отправился в дорогу. Миновав половину пути, пройдя несколько ри, Ишикара остановился в хижине для путников. Местность эта была малолюдная, разве что охотники да странствующие буддийские монахи изредка появлялись тут. Присев на ободранную циновку Ишикара услышал шум приближающегося ливня.
«Сама богиня Аматэрасу благоволит мне, вовремя подвернулась эта хижин…
… показать весь текст …

«Тяжело, Учитель?» — Мар Аммо посмотрел на тройные цепи, сковывающие руки и ноги Мани и цепь на его шее.
«Картир и маги добились своего, я уже стар и долго не протяну в этой темнице» — Сураик, сын Фатака известный под прозвищем Мани с трудом встал с земли и посмотрел на ученика.
«Скажи, чтобы принесли воды, силы покидают меня» — Мани посмотрел на висящий на стене зажжённый факел.
«Шахиншах Бахрам назвал меня никчёмным человеком, который не воюет, не охотится, не умеет врачевать и не разбирается…
… показать весь текст …

Homo soveticus — жалкий и нищий,
Раб коммуналок и малых квартир,
В храме души у него пепелище,
Вместо удобств — деревянный сортир.

Вечно завидуя тем, кто богаче,
И нищебродством упорно гордясь,
Он в выходные пашет на даче,
Истово славя тирана-вождя.

Злость алкоголем с утра запивая,
В рукоприкладстве находит покой,
Всех непохожих вокруг презирая,
Сидя на кухне в рваном трико.
… показать весь текст …

Молчат её зашитые глаза,
Обречена на неземные муки,
Стеклянной каплей падает слеза,
Безмолвной вестницей насильственной разлуки.

Помятый шлейф от платья за спиной,
Худое тело неподвластно тлену,
О, кто б испил тот яда серый гной,
Что столько лет течёт в тяжёлых венах!

Но только ветер… Ночь… И пустота…
От звёзд холодных свет упал на камни,
Луны щербатой дымчатый кристалл,
Влечёт к себе нагих голодных ламий.
… показать весь текст …

Жили в хижине возле текущей воды,
Шелестел песней ветра упругий тростник,
Но уже надвигались полярные льды,
Превращая саванну в бескрайний ледник.

Саблезубые тигры ушли на восток,
По следам убежавших туда антилоп,
И скукожился пальмовый мёртвый листок,
Ощущая, что больше не будет тепло.

Мы дрожали вдвоём возле костра,
Согревая друг друга шершавостью тел,
Понимая. что мир, словно рухнувший храм,
Над которым снег белый летел и летел.
… показать весь текст …