Феликс Чуев

1921 год, начало нэпа, голод. Зашел разговор — нужно покупать хлеб за границей. Для этого необходимы ценности. Ленин говорит: надо, чтоб церковники помогли. Если эти ценности мы заберем, попы будут поспокойней себя вести. Если начнут сопротивляться — опять-таки нам выгодно, они на этом подорвут свой авторитет: держатся за свои богатства, когда народ голодает. В любом случае мы выиграем с точки зрения борьбы с религиозными настроениями.
***
— Кто был более суровым, Ленин или Сталин?
— Конечно, Ленин. Строгий был. В некоторых вещах строже Сталина. Почитайте его записки Дзержинскому. Он нередко прибегал к самым крайним мерам, когда это было необходимо. Тамбовское восстание приказал подавить, сжигать все. Я как раз был на обсуждении. Он никакую оппозицию терпеть не стал бы, если б была такая возможность. Помню, как он упрекал Сталина в мягкотелости и либерализме. «Какая у нас диктатура? У нас же кисельная власть, а не диктатура!»

Когда иду в ночи по набережной Волги
И тёмная вода белеет под луной,
Я думаю о том, что люди, а не боги
Крестили этот мир в купели ледяной.

Никто из них себя по книгам не размажет…
Как честно улыбается мой батя без наград!
И рядом, со стены, глядит красавец маршал,
А я ему не сын и даже не солдат.

На каменных тетрадях события сотрутся,
Но Сталинград проклюнется скрижалью вечных лет,
Поскольку слово «Родина» я говорю по-русски,
Поскольку не за пфенниги я покупаю хлеб.

— Роль Хрущева очень плохая. Он дал волю тем настроениям, которыми он живет… Он бы сам не мог этого сделать, если бы не было людей. Никакой особой теории он не создал, в отличие от Троцкого, но он дал возможность вырваться наружу такому зверю, который сейчас, конечно, наносит большой вред обществу. Значит, не просто Хрущев.
— Но этого зверя называют демократией.
— Называют гуманизмом, — говорит Молотов. — А на деле мещанство.
09.07.1971

Человек, запевающий песню,
ты рискуешь непонятым стать,
если песня забыта и если
не умеют её подпевать.

Человек, поднимающий знамя,
ты рискуешь своей головой —
прохрустит скорлупой под ногами,
под бегущей, безликой толпой.

День авиации, ясное утро,
лишь пробивается солнце едва.
День авиации! Летние кудри,
белая на горизонте трава.

День авиации. Август прекрасный,
щедрый, как-то, что взяло да сбылось.
День авиации, искренний праздник,
изморозь вогнутых, белых полос.

День авиации! Белый от зноя,
полдень вокруг, как небесный дворец.
День авиации… Это родное.
В светлой, гражданской рубашке отец.
… показать весь текст …

В комментарии зарубежного издателя мемуаров Хрущева есть такие слова: «К сожалению, здесь, как и во всей книге (за исключением некоторых мест, где об этом сказано мимоходом), нет глубокого анализа тех качеств Сталина, которые позволяли ему твердо стоять на своем, аргументированно и со знанием дела вести переговоры с Черчиллем и Рузвельтом. Вероятно, лишь Молотов мог бы авторитетно рассказать об этом».
— Трудная история, — говорит Молотов, — но одно то, что Сталин заставил капиталистов Рузвельта…
… показать весь текст …

МОСКВА. ОКТЯБРЬ 1941 Уже послы живут в тылу глубоком,
Уже в Москве наркомов не видать,
И панцирные армии фон Бока
На Химки продолжают наступать.

Решают в штабе Западного фронта —
Поставить штаб восточнее Москвы,
И солнце раной русского народа
Горит среди осенней синевы…

Уже в Москве ответственные лица
Не понимают только одного:
Когда же Сам уедет из столицы —
Но как спросить об этом Самого?
… показать весь текст …

ГАТЧИНА
Словно доблести лучик
От погон золотых
Это слово «поручикъ» —
Из небес, не из книг.

Над прохладным простором
Он парит высоко,
С аппаратом «ньюпором»
Совладает легко.

А закончится тяжко,
Вскинув аэроплан,
Что казацкую шашку
… показать весь текст …