Беня Молдаванский

В СССР был просто караул,
И в «стол писал» поэт — писатель прыткий,
А в век свободы массы пишут в стул,
Причём, заметьте, в стул, довольно жидкий!

Я помню молодости время.
Когда была с деньгами жопа,
То шиковал, бывало, Беня,
На целых два и без сиропа.

Теперь хоть с газом, хоть без газа,
С сиропом или без сиропа,
Есть в магазинах всё и сразу,
Но вот с деньгами та же жопа.

Весьма типичная картина,
Знакомы всем проблемы эти,
Когда вторая половина
С годами тянет на две трети.

Удастся ли этот порочный
И замкнутый круг разорвать?
Я жру, чтоб пахать сверхурочно,
Пашу, чтобы было, что жрать!
))

Жена и муж, сынок и дочка
У тёщи жили на квартире.
Дарил зять тёще три цветочка,
Но возложить мечтал четыре.
))))

Немало лет прошло с тех пор.
Я дружелюбен к немцам.
Но гены помнят Собибор,
Майданек и Освенцим…

По осени весело ехать в маршрутке:
Один едет в шортах, другой едет в куртке,
Одна в босоножках, другая в ботфортах,
И есть даже те, кто и в куртке, и в шортах!

В родную коммуналку как-то раз,
Когда соседи спать давно должны,
Вернулся я, впотьмах задев за таз,
Что с грохотом сорвался со стены.

Нарушил таз общественный покой,
Сумел всю коммуналку разбудить!
И весть о том, что я пришёл домой,
Был таз уполномочен заявить!

Я к вам пишу — чего же боле?
И пусть кажусь я вам остывшей,
Покуда я на алкоголе,
Мне есть, что высказать, как бывшей.

Витала в воздухе беда,
Был лик невесты перекошен,
Поскольку в ЗАГСе, вместо «Да»,
Жених ответил: «Жребий брошен!»