AleksTulbu

Ты скитался по морям и странам,
И себя к надгробию принёс,
Только здесь всё также балаганом,
Лишь ботинок лижет старый пёс.
Ты меня не бойся, от испуга,
Чтобы только речь не потерять,
Ты поверь, я видел в тебе друга,
А я друга не хочу терять.

У меня есть товарищ, он на все руки мастер. А его товарищ попал в катастрофу и повредил ногу: нужен был костыль. Моя приятель взялся изготовить такой костыль собственными руками. Поскольку он мастер, а я в некотором роде духовный вдохновитель, то он нарисовал на бумаге эскизы различных костылей, чтобы выбрать какой изготовить. Я взял рисунки и вижу, что из семи рисунков только один костыль стандартный, а остальные имеют различные прибамбасы и украшения. Я ему сказал, что пусть делает для своего товарища обычный стандартный костыль. Он спросил: почему стандартный, ведь на его рисунках есть костыли намного красивее!
Я ему говорю: Не украшают костыли стразами Сваровски, не гоже это!

Земля меня в лебяжий пух укрыла,
И слышу я сквозь землю голоса,
Девчонки той, что слёзы на могилу
Мне носит! И алмазная роса
Мой камень над могилою покрыла,
Но не узнать ей, что душа моя,
Её и в радости, и в горести хранила,
Лишь потому здесь плачу с нею я!

Не показывайте своё естество так, чтобы оно выглядело неестественным. Не смущайтесь, красота и творение природы в своём первичном виде должны блистать) А если и стыдитесь, то делайте это для вида, немного напоказ, с капелькой милого жеманства, чтобы дух захватывало!)
Вы думайте это относится к царевнам, совсем нет, к обыкновенным женщинам.

Нет такой мысли, чувства, эмоции и ощущения, которое бы точно не могло быть облечено в слово.
Фокус в том, что у каждого точность прицела разная либо мощность калибра.
У мастера, ставящего на бумагу произведение, это острейшее перо, бьющее точно в цель, не дающее ни единого шанса оставить кого равнодушным.
У профана наоборот, острота пера находится на другом конце, и тот конец колет его злопыхательный глаз, возбуждая зрительный нерв, но не более.
Его глаза не горят изумрудом, не преломляют жизненный свет, они не умеют принимать и отдавать потоки этого света, а мысли у него как лохматая швабра, которой он водит по мрачной для него картине жизни.
Радует то, что профан всё-таки может стать мастером, а мастер до профана уже не опустится.

Здесь нежнее всех запах у цветов,
Красивее всех голосами птицы!
Ты мне подари море васильков,
Я хочу заново влюбиться!

Нарисуй мне сны белых облаков,
Я хочу узнать, что такое нежность!
Позови меня в море васильков
Ласкать цветы за безмятежность!

Я возьму мечты из далёких снов,
Сердце замирая, почти не бьётся!
Ты мне подари море васильков,
И счастье снова улыбнётся!
… показать весь текст …

От задницы всегда несет парфюмом приключений.

Я твоим именем ребенка назову,
Сан Саныч, это Александр двукратно.
А если дочка вскроет плачем тишину?
Ну что поделать? Будет, Александра.

Мадам, я же не истребитель, чтобы гоняться за Вами всю жизнь, и не бомбардировщик, чтобы расчищать вокруг Вас пространство от назойливых мужчин.
Я два в одном.

Если спросить, почему они долго не расставались? Ответ будет прост — страх одиночества.
Они просто продолжали жить вместе, всё больше и больше отдаляясь друг от друга.
Лишь только тогда, когда соединяющие их нити, будучи мёртвыми, начали умерщвлять каждого из них, им пришло понимание, что их союз — это издевательство, а более сказать извращение, над смыслом таких понятий как любовь и дружба. Они расстались, поскольку извращение само по себе было чуждо природе каждого из них.