Александр Кушнер

Вот названия: Вырица, Красницы, Слудицы,
Суйда, Гатчина, Верево, Тайцы, Пустошка.
Ах, и речка в кусты забежит — не заблудится,
Потому что блестит, словно чайная ложка.

Неужели названия кем-то придуманы,
Не приложены к этим местам изначально?
Как душа отозваться на них всеми струнами
Рада, есть в них свой смысл и какая-то тайна.

Не Афины, не Дельфы, но в тихой безвестности
Что-то важное эти поля и пригорки
Знают, улочки скромные, дачные местности, —
Мировая душа от них в полном восторге!

«Боже мой! Боже мой!
Для чего ты меня оставил?» —
Это он воскликнул, еще живой,
И ни слова к тому не добавил.

Эта боль, эта мука во тьме, —
Неужели еще и цитата?
Царь Давид в двадцать первом псалме
Так уже восклицал когда-то.

Отзывалась та боль в струне,
Что рука его теребила.
Мы напрасно о новизне
Так печёмся в стихах. Всё было.

У кораблика речного нет названия,
Только номер, и почти не видно дыма.
Он, похожий на последнее желание
Осуждённого на жизнь, крадётся мимо.

Кто плывёт на нём, под стать царю Улиссу,
Повидавшему Коцит, и Стикс, и Лету.
Этот город с дном двойным и виден снизу
По-другому, чем прижавшись к парапету.

Так темна моста чугунная изнанка,
Словно вдруг цветной ковёр перевернули.
Разговор под ним звучит, как перебранка,
Как ночная перекличка в карауле.
… показать весь текст …

Ах, что за ночь, что за снег, что за ночь, что за снег!
Кто научил его падать торжественно так?
Город и все его двадцать дымящихся рек
Бег замедляют и вдруг переходят на шаг.
Диск телефона не стану крутить — всё равно
Спишь в этот час, отключив до утра аппарат.
Ах, как бело, как черно, как бело, как черно!
Царственно-важный, парадный, большой снегопад.
Каждый шишак на ограде в объеме растет,
Каждый сучок располнел от общественных сумм.
Нас не затопит, но, видимо, нас заметет:
Всё Геркуланум с Помпеей приходят на ум.
В детстве лишь, помнится, были такие снега,
Скоро останется колышек шпиля от нас,
… показать весь текст …

Дождь не любит политики, тополь тоже,
Облака ничего про нее не знают.
Ее любят эксперты и аналитики,
До чего ж друг на друга они похожи:
Фантазируют, мрачные, и вещают,
Предъявляют пружинки ее и винтики,
Видно, что ничего нет для них дороже.
Но ко всем новостям, завершая новости,
Эпилогом приходит прогноз погоды,
И циклоны вращают большие лопасти,
Поднимается ветер, вспухают воды,
Злоба дня заслоняется мирозданием,
И летит, приближаясь к Земле, комета
То ль с угрозою, то ли с напоминанием,
… показать весь текст …

Нет дороги иной для уставшей от бедствий страны,
Как пойти, торопясь, по пути рассудительных стран.
Все другие дороги безумны, бездомны, страшны, —
Так я думаю, с книгой садясь на диван.
Рассужденья разумны мои — потому не верны.
И за доводом лезть надо в самый глубокий карман.
А в глубоком кармане, внутри пиджака, на груди —
Роковая записочка, скомканный, смятый листок,
И слова полустертые неразличимы почти,
И читать надо тоже не прямо ее — между строк:
Будь что будет, а будет у нас впереди
То, чего ни поэт, ни философ не знает, ни Бог.
Каждый раз выбирает Россия такие пути,
Что пугается Запад, лицо закрывает Восток.

Мемуарист не все расскажет
И, заманив в былую тьму,
Легко забудет и замажет
То, что невыгодно ему.

Не первый раз про мемуары
Пишу и думаю о том,
Какие это злые чары
С набитым вымыслами ртом.

Как, разбавляя правду ложью,
Чужою жизнью завладев,
… показать весь текст …

Средь фраз, что меня утешают,

Есть очень смешная одна:

«Спасибо, на кол не сажают» —

Забавна она и грустна.

Сказал ее Зощенко где-то,

Не в книге ль своей «Голубой»?

Запомни, пожалуйста, это,
… показать весь текст …

Не люблю французов с их прижимистостью и эгоизмом,
Не люблю арабов с их маслянистым взором и фанатизмом,
Не люблю евреев с их нахальством и самоуверенностью,
Англичан с их снобизмом, скукой и благонамеренностью,
Немцев с их жестокостью и грубостью,
Итальянцев с плутовством и глупостью,
Русских с окаянством, хамством и пьянством,
Не люблю испанцев, с тупостью их и чванством,
Северные не люблю народности
По причине их профессиональной непригодности,
И южные, пребывающие в оцепенении,
Переводчик, не переводи это стихотворение,
Барабаны, бубны не люблю, африканские маски, турецкие сабли,
Неужели вам нравятся фольклорные ансамбли,
… показать весь текст …

Поговорить бы тихо сквозь века
С поручиком Тенгинского полка
И лучшее его стихотворенье
Прочесть ему, чтоб он наверняка
Знал, как о нём высоко наше мненье.

А горы бы сверкали в стороне,
А речь в стихах бы шла о странном сне,
Печальном сне, печальней не бывает.
«Шёл разговор весёлый обо мне» —
На этом месте сердце обмирает.

И кажется, что есть другая жизнь,
И хочется, на строчку опершись,
… показать весь текст …