Галина Стрелкова

А под утро Город как будто тише. И от солнца — в розовом полусне. Мне так нужно, чтоб кто-то меня услышал, чтобы был со мной.

Был на одной волне.

То ли берег пуст… То ли я не очень
говорю на вверенном языке. Отправляясь в плавание одиночное.

Не услышанная никем.

Океан то бесится, невменяем. То легко на штили меняет шторм. И меня восторгом переполняет. Но кому он нужен, немой восторг.

Рядом плавают рыбы других содружеств, обсуждая рыбьи свои дела. Плавниками касаясь то сына, то мужа, чтобы…
… показать весь текст …

Расставание-не беда,
Лишь тишина в комнате.
Просто упала с неба звезда
И утонула в омуте.

Расставание-чистый лист.
Можно писать, что нравится.
Только так сильно душа болит,
Не знаешь как с этим справится.

И мысль шальная-в омут нырнуть
За той звездой непогасшею.
Достать.На небо ее вернуть.
В сегодняшнее-вчерашнее.
… показать весь текст …

И, кажется, можно отсрочить дату. Не ставить точку. Забыть про счет. И боль, похожая на гранату /не разорвавшуюся еще/, как необьявленная вендетта, меня не может убить свинцом, пока на пальце моем надето твое гранатовое кольцо.
Но только время неумолимо поставит нА кон свои права. Ведь то, что было неразделимо, давно расколото на слова. В которых хОлода — выше меры. И что ни фраза, то острие. Ты у меня забираешь веру, не обьясняя как без нее. И все вопросы так неуместны. На них — молчанье твое в ответ, где я как — будто бы и не к месту. Меня так мало. Почти что нет.

И канет в прошлое день вчерашний,
Оставив снимкам мое лицо…
Где я так… медленно… и не страшно
Снимаю с пальца твое кольцо…

Весна дорисует май, с собой заключив пари. Тебе не сходить с ума от легкости эйфорий. И кажется все не так — ни паруса, ни крыла. Когда остаешься там, откуда навек ушла.

Доверив следы пескам, собьешься легко с пути. У тех, кто не стал искать, потерянность не в чести. Как-будто в твоей игре раздвоенность на кону /куда бы ни ехал Грек, считается — утонул/.

Молчание, словно щит. Прими его и одень. Соломинку не ищи. Не будет ее в воде. Прохлада твоих молитв остудит горячий лоб. Не то что бы отболит, покажется — отлегло…

Что прошлое — ерунда. Что сможешь любить других. Ты просто платила дань. Теперь раздала долги. Вновь будет горяч очаг. И рядом с плечом — плечо… И кто на любовь венчал, не станет ей палачом. Что счастье твое в пути. Ждала ты его не зря.

И колокол… свят… и тих…
Ни ветра… ни звонаря…

Он когда — то Городом был. Когда — то… Но на все есть следствие и причина. В нем еще живут имена и даты. Но они все менее различимы. Среди них твое затерялось имя. Он не помнит: ангелом ли, химерой? Только Город обратно тебя не примет. Потому что в нем не осталось веры.
Ты так близко. Солнце в тебе играет. Ты идешь уверенно и красиво. Только Город стирает следы, стирает…

Потому что это невыносимо…

Где-то месяц над крышами лазает. А любовь замерла, молчит.
И согласна на эвтаназию. Ты ведь тысяча сто причин…
ей, как довод и право выбора. А хватило б и пары фраз.
И любовь, распятая дыбою, тихо плачет, жалея нас.
Ты построил покруче Геделя теорему с формулой лжи.
И любовь умирает медленно. Ну, а мы остаемся жить.
И становимся радиоволнами. Каждый с выбранной частотой.
Друг для друга почти безмолвные. Ты освоишься с пустотой?
Что ворвется холодным вечером, когда город накроет мгла.
Ты простишь себе, как доверчива и послушна она была?
И, напившись однажды дО смерти, на кровать упадешь без сил.

И покажется, что /о, Господи!/
Не любовь, а себя казнил.

в общем-то и не сложно «штопать» раны от — разрывного… ты стоишь в двух шагах от - к/рая…

А когда исчерпаешь все «за» и «против», окончательный выбор подчас случаен. / Так гласит Академия Подворотен. Я шучу /, ты почувствуешь, как скучаешь. Как тоска, отметая твои причины, или принципы /это, наверно, ближе/, Виновато, неизлечимо, обо мне ностальгией пишет. Вышивая среди причастий моим именем текст молитвы, невозможная сопричастность нашим прошлым в тебе разлита.

И не тонет, и не сгорает, то что мог бы сложить иначе, в твоем сердце перебирая, все, что ты безнадежно прячешь, от себя, от меня, от Бога, /что осталось от Хиросимы/.

Я могла бы прийти к порогу…

Только это невыносимо…

Беги… беги… Теряйся в поездах…
Меняя дом на людные перроны…
Аэропорты, трапы, города…
Где память, может быть, тебя не тронет,
Но и свободе тоже не отдаст.

Когда ты по колени в пустоте,
Молясь о чем-то и чему-то свыше,
Ей выдох твои спасительный услышать
Достаточно, чтоб боли захотеть.

Лети… лети… поставленной на кон
Отбившейся от стаи белой птицей.
Тому, кто не сбывается ни в ком,
… показать весь текст …

А Осень — это просто высота
от журавлей потерянного эха.
Кто дни ее дождливые листал,
не сможет навсегда от них уехать
в какие — нибудь теплые края,
где ветер пальмы ласково качает…

И где-то в этой Осени есть я…
И Осень есть во мне своей печалью…

Легко добавив резкость куполам-
-Хранителям Небесного Причала,
мне Осень ни о чем не солгала,
поскольку никогда не отвечала —
… показать весь текст …