До прилёта чаек даль безбрежная
Строгое молчание хранит…
Грудью разбивает ветры свежие
Временем изъеденный гранит.
Со времён Зосимы и Савватия
Здесь умели скорби превозмочь.
На Каноне, чтомом* Божьей Матери,
За окном свечой белеет ночь.
Сколько эти стены перевидели,
Святостью врачуя боль и страх!
И звучит чуть слышно над обителью,
Словно эхо: «Господи, воззвах…"**