Алла Корж

Приходили ко мне Зощенко, Хармс и Довлатов. Долго жали руку. Не знаю, где они взяли эту руку, наверное, с собой принесли.

Великая карьера. Её грёбаная эволюция.
1 этап. Ты нахрен никому не нужен, когда тебе нужны все.
2 этап. Ты нужен всем, когда они тебе нахрен не нужны.

Я — женщина, и, значит, биссектриса.

Я полюбил вас страстно в ту же минуту, как увидел. Ваша улыбка и то кокетство, с которым вы боролись с ветром, владевшим вашими волосами. Нежность черт и танец движений. Вы само совершенство. Я был восхищён тонкостью вкуса в выборе того, как жить. Вы — уверенная наездница легко управляете всем, что попадает под вашу упряжь. Я любовался вами, когда вы соблазняли меня. Я позволил крутить из себя веревки. Вы кормили меня с рук своей сладкой негой. И ваш томный взгляд, ваш томный взгляд я не забуду никогда. Ваш томный взгляд, когда привёл в свою квартиру в центре Москвы, жадная и хитрая ты стерва!

Разрешаю вам расслабиться.
Разрешаю вам быть неидеальными.
Разрешаю вам послать всё к чёрту.
А себе не разрешаю, надо же как-то выделяться.

А завтра никто в Париж не летит?
Нужно передать один маленький минетик.

Считается, что фотографу-профессионалу плевать на что снимать, он и на утюг сделает хороший кадр. Вы знаете, это правда. Я как-то снимала птичку на дереве утюгом, отлично сняла, попала с первого раза.

Так активно танцевала в ночном клубе, что потеряла трусы. А нет, не потеряла, за прическу зацепились.

Утеряны часы. Дорогие. Из-за него. А так же секунды, минуты и годы…

Попросила молодого человека уступить мне место в метро. Он отказался, сказав, что у меня на лбу написано, что я феминистка.
Надпись стёрла, уступил.