Ки-но Цураюки

Горная вишня,
Сквозь прогалы в густом тумане,
Мелькнула на миг
Ты пред взором моим. С той поры
В сердце тоска поселилась.

Мы вырастаем из одного семени — сердца, и разрастаемся в мириады лепестков речи — в мириады слов.

Люди, что живут в этом мире, опутаны густой зарослью мирских дел; и все, что лежит у них на сердце, — все это высказывают они в связи с тем, что они слышат и что они видят.

И вот когда слышится голос соловья, поющего среди цветов свои песни, когда слышится голос лягушки, живущей в воде, кажется: что ж из всего живого, из всего живущего не поёт своей собственой песни?..

Без всяких усилий движет она небом и землею; пленяет даже богов и демонов, незримых нашему глазу; утончает союз мужчин и женщин; смягчает сердце суровых воинов… Такова песня.

Сердце моё
Унеслось от меня и скиталось
По вешним горам,
Долгий-долгий день
Оно прожило сегодня

Я розу дивную
Увидел нынче утром.
Подумал с грустью:
Как, наверное, она
Недолговечна!

Как сквозь туман вишнёвые цветы
На горных склонах раннею весною
Белеют вдалеке, —
Так промелькнул и ты,
Но сердце всё полно тобою

Разлука
Не имеет цвета.
Так отчего ж она
Так за сердце берёт,
Его окрашивая грустью?