Черная Лиса

Парить — томлёным черным молоком —
Во сне или забвенье… нынче ночью,
Навечно пробуждение отсрочив, —
Ты хочешь?
Будет ветер босиком
Ходить вдоль стен, высчитывая шаг
До сотой доли полночи ушедшей.
Ты скажешь:
— Он, наверно, сумасшедший…
Я соглашусь, поскольку это так.
Поскольку снег уже сползает с крыш,
А воздух стыл и безразлично влажен,
И сон твой никому уже не важен…
Но я шепчу упрямо:
… показать весь текст …

Не трудней, чем пшено от мака,
Эту ночь отделить от всех.
За забором скулит собака,
Набрехавшись на первый снег.
Где-то поздние ходят люди,
Сны разносят в свои дома…
На красивом большом верблюде
Через грудь мою прёт зима —
По монгольским во мне пустыням,
По непаханым небесам,
Где пространство пылает синим —
Так, что больно смотреть глазам.

Что бы ни делалось — в небо не заплывай.
Чем бы ни кончилось — не начинай сначала.
Хнычет дитя без роздыху, — кличет май.
Я бы по маю и вечера не скучала.
Я по нему, дождливому, век стучу,
Чтобы не сглазил, баловень, день вчерашний.
Хочешь, дитя капризное, научу
Кровь остужать, сливая из чашки в чашку?
Чем бы тебя ни тешили, — слёзы льёшь,
Жемчуг прозрачный нижешь на сон-травину.
Каплет и каплет с облака алый дождь…
Глянешь, а в чашке пусто.
Наполовину.

Страда твоя — глазами по глазам.
Созреет свет к назначенному сроку.
Но потакая вечному пороку,
Потянешь вниз и вымолвишь: «Сезам».
Стада твои — ночные мотыльки
Над абажуром, сотканным Арахной.
Написан иероглифами страх мой
На тыльной стороне твоей руки.
О, нет, не повернусь к тебе спиной,
На яркий свет наваливаясь телом.
Всё то, чего не сделаешь со мной,
Страшней того, чего бы ты не сделал.
И свет дрожит. И гаснет. Гаснет сам,
Не пожелав увидеть продолженья.
… показать весь текст …

… И книга опускается на стол,
И видно в запрокинутом окне,
Как берег наступает на подол
Испуганно отпрянувшей волне.
И рвётся бирюзовая вода,
И камни остаются на песке…
…И вспоминаешь, с кем ты был тогда…
Нет! — никогда не забываешь — с кем.

Несбывшегося властная рука
Сжимается сильнее каждый раз
На горле. И не вырваться никак.
— Ты отдохнёшь.
— Но я хочу сейчас!
… показать весь текст …

Там, где белую воду черная пьёт вода,
Где безумный огонь съедает огонь глазами,
Златокудрые люди ходят по городам
На худых кораблях с дырявыми парусами.
Ты звонишь мне оттуда каждый десятый год
В одинокую рельсу, брошенную на шпалы.
И никак не пойму — ты Яков или Федот,
И какая такая блажь на тебя напала.
Я люблю твое имя сказанным наугад
В беспросветную небыль, в невидаль золотую,
Мне поют это имя ветер и снегопад
Оттого, что десятый век по тебе тоскую.
Там, где воду живую мертвая пьет вода,
Где людей златокудрых жгут с кораблями вместе,
… показать весь текст …

Ты — тот, кто уже не выжил: не мог, не смел.
Я — та, кто смириться с этим ещё не хочет.
Нам кажется, что терпению есть предел,
Но небо скрипит под тяжестью наших тел,
И нету покоя в мире — ни днём, ни ночью.
Мы скоро устанем, станем гореть слабей…
Когда мы погаснем, в город придет прохлада.
Окажется, небо чище и голубей,
И можно на волю выпустить голубей
Из клеток грудных,
и даже жалеть не надо.

Утро,
светлое по краям,
тускло-серое —
посредине.
Звук спускается по гардине,
пробегает по простыням.
Под назойливый шум дождя
потихонечку отмираешь,
снов аккорды перебираешь,
и мажорных не находя,
вынимаешь себя из пут
неподвижности…
Дождь фальшивит.
Капли делаются большими
… показать весь текст …

Здесь неба не было. Я думала, пройдет.
Ушла домой, вернулась через год,
А воздух стал тяжелым, как вода.
Наверное, вернулась не туда.
И дома неба не было, и там
Ходил за мною воздух по пятам.
Не приближаясь, тёк себе и тёк,
От ужаса пустился наутёк,
Когда, как рыба, я открыла рот,
Сквозь жабры пропустила кислород,
Вздохнула, приспособилась к воде…
А неба больше не было.
Нигде.

Подержи меня над огнём,
В решете ледяную воду, —
Проведи меня на свободу
Самым светлым во тьме путём.
Пошепчи надо мной чуть-чуть
Не молитвы, так хоть проклятья,
Чтоб смогла, наконец, унять я Глупый страх, что сдавил мне грудь.
И по капельке в три ручья
Истеку, исплыву, изыду,
Ни тебе, ни мне — ни обиды,
Ни победы. Ничьёй ничья.