Татьяна Ткачева-Демидова

Сопровождая шаги слезами,
Город споткнулся о нас и замер.
Словно, глотая дожди столицы.
Лиц, что меня заставляют злиться —
Мелочно, глупо… Твоих закланий
Не ощутить. Сквозь огонь и пламень
Выживут строки мои и рифмы.
Город, в котором поговорим мы,
Через бумагу, чей запах ветхий
Бьёт по щекам, будто ива ветки
Осенью дерзкой, как шторм разлуки,
Нам обрывает построчно руки.

Мы не случимся, моё светило.
… показать весь текст …

Этот мальчик не нужен весь. Абсолютно весь.
Аргументы против внутри набирают вес.
Предварительный список случающихся невест
Обещает быть черным, как ночь накануне казни.
В перспективе у мальчика — повод уйти никак
С отпечатком на сердце. С перчатками в двух руках.
Мальчик слишком зависим от выстрела и звонка,
Потому как зависимость мальчика только дразнит.

На ладони у мальчика — линии кольцевой —
Обвивает столица. Сильнее любить его
Невозможно, увы, окольцованный, но живой
Он глотает смертельн…
… показать весь текст …

Когда слова тебя пересекут
и новый мир от приступа цунами
сойдет с ума, последних трёх секунд
тебе не хватит. Море было нами
и вышло из. И разошлось по швам,
сшивая наши чувства с катастрофой.
И, если я насквозь в тебя вошла,
то, ты вошёл в меня, роняя строфы.

Распорот берег, календарь убит
последней датой. Стёрт и обезглавлен
кровавым флагом сорванных обид,
и в унисон воде, молчать о главном —
такая незавидная судьба,
… показать весь текст …

Детка, я стала острее льда, я растворилась в твоём бокале. Бог разливает по проводам нашу несбыточность. Гениален каждый наш шаг, от разлук до встреч. Каждый наш слог золотым курсивом. Ты обещаешь меня беречь. Я убиваю тебя красиво.
Детка, поверь, что в моём плену больше не будет такого лета. Лета, в котором я утону, не дожидаясь от снов ответа — кто и зачем на моих губах горькой любовью пьянит и режет. Детка, прости меня, я слаба. Ты убиваешь меня всё реже.
Я говорю тебе не о том, — кто будет п…
… показать весь текст …

Свобода имени меня.
Глоток Вдовы Клико.
Убитый мне не изменял.
Он умирал легко.

Он предавал портовых шлюх,
А я их берегла.
Его бездарное «люблю»
Рассыпав по углам.

Я задыхалась от тоски —
Такая жажда, что,
Не избежать его руки,
А значит, будет шторм.
… показать весь текст …

Немое ощущение войны,
Когда рядами ставишь запятые.
Мы живы, но почти побеждены
Друг другом. Друг на друге. Это Ты, и Мои, всё пережившие, слова,
Слетающие с губ, как дождь с карниза.
Во имя слов я всё ещё жива,
А Ты на них побуквенно нанизан.
Мне снится ночь потусторонних флейт.
Мне снится город каменно одетый.
И Ты, в своём единственном числе,
За жизнь до самой пламенной вендетты.
Мои шаги, случайные, и тем
Острее коронованной печали.
Твой профиль, отделяющий от стен
… показать весь текст …

Он меня не щадил ничуть:
писал сюжеты. Сжигал при случае.
Когда погасло моё «хочу»,
угрозы слов его жадно мучили
мой мир, наполненный до конца взаимно нежными промежутками.
Я не могла без его лица в своих ладонях. Такого жуткого
финала не было никогда, ни с кем: он метко стрелял апострофом
и растекалась по проводам волна насквозь обоюдоострая,
как кровь. Солёное колдовство. Меж ног и губ раскрывались мидии.
И так хотелось любить его, чтобы другие во мне увидели, —
как он психически нездоров, как он обучен чертовски-ноюще,
в меня, макая своё перо, писать меня же. Моё чудовище,
чьи сны я выдала за свои, в чьих снах всё ради игры придумано.
Тоска скользила вдоль чешуи аккордом тихих мелодий Шумана.
… показать весь текст …

Яд.
for EF
Другие не могут. Других немало:
Стараюсь, количеством восполняя,
Забыть твоё имя. Теряю баллы.
И каждое утро — не забываю.
Сжигая романтику сигаретой,
Ты молишься, мой шестирукий Шива
На то, что останешься под запретом.
И я тебя, выкурив, затушила.
Но ты не погас, ты влюблено тлеешь
На выбранном радиусе прощаний.
А я становлюсь откровенно злее,
Шутя с пламенеющими вещами.
… показать весь текст …

Это просто — свобода сложилась в морские мили,
Или небо теряет четкость. Девятый вал.
Я забыла, кем мы друг другу когда-то были,
Я не помню, как зарождались внутри слова.
Это просто — четыре шага, и город вспомнит:
Ты диктуешь мне рифмы, как в прошлом. Солёный йод.
Потому что у нас не осталось взаимных комнат.
Из того, что осталось… Теперь уже не твоё.
Не осталось проклятий. Любовь? — Поменялось имя.
Разрываясь Атлантикой, шепчешь своё «хочу».
Улыбаясь сквозь время, мы больше не станем «ими».
Запредельная истина преданных кем-то чувств.

Соблюдая дистанцию, нужный размер и ритм.
Это — классика жанра: прочитан, жесток, небрит.
Покидая Кейптаун, почувствуй, как он горит,
Прикрывая оскалом соленую медь прощаний.
Надевая чулки, поспеши его сдать в архив,
Проливая на кожу проклятия и стихи.
Это пепел иллюзий. Чужая страна глухих.
Притворись, что не слышишь, как дьявол звенит ключами.

Он отчаянно молод, минуя рубеж Христа.
Арифметика вечных героев — игра проста.
[дорасти до престола, я буду тебя листать
поздней осенью, ставя пометки…
… показать весь текст …

Вот тебе повод — помнить и искушаться.
Зря ты прощался. [думал, тебя спасут]
Мастер повторов. Гений второго шанса,
Не сокрушайся, влюбляясь в последних Сук.
Суки не носят на безымянном кольца.
И не внушают веры. Внушают шок.

Смерти не бойся. Страсти смертельной бойся.
Страсть — это плохо. Страх — это хорошо.

Не задавайся вопросом, — куда приводят
Эти условия, взятые напрокат.
Сука верна безответности и погоде,
А к остальному, не стоило привыкать.
… показать весь текст …

Эти письма требуют дать огня. Дождь терпел веками — не изменял. А любовь положено причинять, потому что нежность больнее силы. Договор подписан. Повергнут в шок. Без него — ни плохо, ни хорошо. Хочешь, провоцируй его ножом? Посмотри, какой он теперь красивый.

То дома, то пристани, то мосты… Он боялся верить в таких, как ты. У него — предчувствие запятых, или, в крайнем случае — многоточий. Без твоих вопросов — ему не жить. Расскажи, пожалуйста, расскажи, как тебя любили твои пажи. Как тебя хоте…
… показать весь текст …

Катя, всё так некстати —
Проповеди, заповеди…
Осень листву сняла, город стих.
Облако за облаком, ветер гоняет мысли вдоль нашей набережной,
Ты послала бы к черту всё, не будь ты такой — греховной и набожной.
Надо же?.. С кем этот бог целуется, кого этот бес касается?
Словно он не знает, что есть на свете такая красавица,
Которая курит напротив меня одну за другой,
Остатки осени переворачивая ногой.

Чем мы живём Катя, — шарами хрустальными, кофейными гущами.
Становимся голыми, злыми, душевно ни…
… показать весь текст …