Александр Беляев

Всякий конец есть вместе с тем и начало!

Беда не в том, что человек произошел от животного, а в том, что он не перестал быть животным. Глупым, злым, неразумным

Опасайся людей, чтобы опять не попасть в неволю.

Красивая женщина — женщина вдвойне.

…
Ихтиандр не знал цены жемчуга, не знал и того, что Зурита платит ловцам и матросам гроши. Юноша поверил словам Зурита и воскликнул:
— Если вам невыгодно держать меня, то отпустите в море! — И Ихтиандр посмотрел на океан.
— Какой ты!.. — громко рассмеялся Зурита.
— Пожалуйста! Я буду добровольно приносить жемчужины. Я давно собрал такую кучу. — И Ихтиандр показал рукой от палубы до колен. — Ровные, гладкие, зерно к зерну, и каждая величиною с боб… Я все отдам вам, только отпустите меня.
У Зуриты захватило дыхание.
— Болтаешь! — возразил Зурита, стараясь говорить спокойно.
— Я еще никогда никому не лгал, — рассердился Ихтиандр.
— Где же находится твой клад? — спросил Зурита, уже не скрывая своего волнения.
— В подводной пещере. Никто, кроме Лидинга, не знает, где она.
— Лидинг? Кто это?
— Мой дельфин.

Судьба для нас, современных людей, всего только закон причинности. Поэтому мы больше не умоляем судьбу. Мы сгибаем её в бараний рог…

Если добродетель не может существовать, то, по крайней мере, порок должен быть наказан.

Он был из тех людей, для которых препятствия существуют только для того, чтобы преодолевать их.

— Я пришел сказать, что люблю тебя.
— Так значит, это любовь с первого взгляда.
— А разве бывает другая любовь?

Не может же правительство обвинить само себя! Чтобы оправдаться перед массами, надо свалить на кого-то вину, отвлечь внимание.

* * *
Кризисы, революции, войны — это всё ужасно. Но то, что ужасно для масс, может быть совсем не ужасным для отдельных людей.

* * *

Люди будут жениться и выходить замуж даже в день светопреставления.

Неужели он сошел с ума? И так неожиданно!

Большие знания могут быть причиной больших неприятностей

Атлантида тихо дремлет
В голубых лучах луны…
Как луна целует землю.
Поцелуй меня и ты!

Пусть зажгутся страстью очи!
Поцелуями, любовью,
Виноградной, сладкой кровью
Мы наполним чашу ночи!

Будь что будет! Не печалься!
Ярко светит нам луна…
Песни пой и обнимайся,
Чашу ночи пей до дна!

Жизни опыт не угрожает, остальное неизвестно мне самому

Молодой человек вошел в полосу света и остановился.
----

-- Гофман, Гофман! Ты находишь, что этот свет дан под хорошим углом?
Оператор Гофман, флегматичный немец в клетчатом костюме, внимательно посмотрел в визир аппарата. Свет падал так на лицо Престо, что впадина носа недостаточно ярко обозначалась тенью.
-- Да, свет падает слишком отвесно. Опустите софит и занесите немного влево.
-----

Говорят, в Париже много таких мастерских. На вывеске так и написано: «Принимаю в починку носы. Римские и греческие на пятьдесят процентов дороже».
----

-- Свет! -- крикнул Престо тонким голосом, ставшим от волнения еще пронзительнее и тоньше.
Целый океан света разлился по ателье. Казалось, будто Гедда Люкс принесла его с собой. Ее псевдоним [люкс (lux) -- свет (лат.)] так же хорошо шел к ней, как «Престо» -- к ее партнеру.