Он проснулся, а рядом
лежала любимая
женщина, вдруг
он услышал, как громко
в это тихое утро,
она рассмеялась…
Как легко побеждается
счастье

По длинной прихожей рассеянно бродит
туда и обратно осенняя лошадь
а в медленных сумерках белой гостиной
на белой кровати в нирване мышиной
покоится мертвый, а рядом на стуле
женщина вяжет чулок

Шелест рожденных тобой баобабов… Крик попугаев, дыхание львиц… Убеждают меня, что в тебе воцарилась… Навсегда воцарилась африка…
И снег за окном… Который когда-то мы оба любили… Плачет.

«Когда ослицы трясутся в оргазме,
в розах идут дожди» —
ответил, смеясь, Учитель
на вопрос одного из мужей —
почему в его доме
перестали расти
цветы

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Ее нежность не знает границ… И только, познав
Ули… Начинаешь понимать — а что же такое неж-
ность. Нежность женщины… А это… Это капелька в
море и море в капельке… Это струйки деревьев
далекого леса… Это веточки бархатных рук… Это
глаз твоих высота… Смотрящих в небо любимого…
И отливающих Колокол Радости.

Посмотрите на это… Почти неживое…
Почти уже мертвое… Гудящее бездной…
Лицо Императора Бабочек…
И тогда вы поймете, какой это
тяжкий крест. Какая тяжелая ноша…
Господство над красотой.

В нищете несусветной,
только в ней — несусветной…
Человеку дано
прикоснуться к той самой
благодати, с которой
легко умирать
счастливым

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
У одного — дом. У другого — деньги. У третьего — власть. У четвертого — жизнь… А счастья нет! Потому что у счастья… Нет никого… Из них.

С облаком вместо
котомки по свету
нищенкой странствует
Русь

Ее любимые цветы —
простые белые ромашки,
простые белые,
простые…
Она есть камешек в ладони.
Она есть жизнь

Она пришла ко мне с целым мешочком красок и торжественно объявила:
- Мы перекрасим слова в совершенно другие цвета.
- Зачем? — удивился я.
- Мне надоел этот скучный мир.
- А причем здесь слова?
Она посмотрела на меня тем самым взглядом, после чего я стремительно с ней соглашался.
- Ты права, Фламинго! Прямо сейчас мы начнем их красить. Я тоже устал от жизни.
Весь день напролет мы перекрашивали слова, придавая им самые неожи-данные тона. Временами случались казусы, как со словом папор…
… показать весь текст …

Там, где я был, господствует пустыня,
там, где я есть, безумствует земля

Утопающий в золоте,
идет и не видит,
как в каждом бездомном
плачут его
сокровища

ВИШНЯ

Уже два дня его преследовал ветерок, несущий неведомый аромат. Чем-то очень знакомым дышало пространство, и он знал, что это от Женщины. Он перебирал города и страны, в которых любил и, помнится, был любим. В памяти мелькали веселые мулатки Пуэрто-Рико, загадочно томные шведки, говорящие мотыльками француженки, игрушечные японки, владеющие в совершенстве искусством плотской любви, женщины Сомали, Эфиопии, Греции… Но ни одна из них не напоминала ему аромата этого странного дуновения.
.
Веч…
… показать весь текст …

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Города, как котомки… Набитые чем попало… Фо-
нарями, прохожими, лужами… Ветром, домами, по-
судными лавками… Тоскуют с утра в ожидании
странника… Который поднимет, закинет за плечи…
И унесет их в иную… Даль.

УЛИТКА (Из книги «ВЕТЕР»)

Он увидел ее, бойко выстукивающей каблучками
по другой стороне улицы. Ему понравилась эта пос-
тупь, эта грация лунной кошки. Перейдя дорогу, он
преградил ей движение и, улыбаясь легко и прос-
торно, спросил ее голосом… Тем самым, которым
всегда останавливал женщин, куда бы они не шли:
- Вчера я не сказал вам главного, — начал он пла-
вно, погружаясь в ее теплые, залитые солнцем глаза.
- Мне?! — удивилась она, ощутив дуновение…
Чего-то Другого, исходящего от нег…
… показать весь текст …