С совестью можно заключить перемирие. но прочный мир — никогда.

Корысть — словно пыль, которую лукавый пускает человеку в глаза для того, чтоб он не знал ни справедливости, ни долга, ни чести, ни дружбы.

Началом спора бывает правдоподобие, его пищею — упрямство, концом — гнев.

Люди сделали из судьбы всесильную богиню, чтобы сваливать на нее свои глупости.

Судьба, подобно распутным женщинам, никогда не бывает так опасна, как тогда, когда она расточает свои ласки.

Откровенность имеет свои пределы, за которыми она считается опрометчивостью.

Существуют люди, безразличие и презрение которых делают больше чести, чем их дружба и похвалы.

Кто в двадцать лет ничего не знает, в тридцать лет не трудится, в сорок лет ничего не приобрел, тот никогда ничего не будет знать, ничего не сделает и ничего не приобретет.

Люди сделали из судьбы всесильную богиню, чтобы сваливать на неё свои глупости.

Не отказ оскорбляет нас, а манера отказа.

Большое несчастье желать смерти, несравненно большее — бояться ее.