Давиться горьким дымом и молчать.
Все сказано. Меня никто не слышит.
И кожу острым лезвием кромсать,
Чтоб убедиться что живешь и дышишь…

Ты знаешь, любовь — это очень больно:
Хватаешь воздух, дышать не можешь,
Сердце совсем не в груди — в горле,
Бездна и черный пепел под кожей.

Ты режешь душу осколками мира,
Теряешь звуки, запахи, краски,
Но ты никогда не сдашься на милость —
Спина прямая, улыбка на маске.

Смешно. Ты уже не умеешь плакать,
Ты сразу многого не умеешь,
Просто как стая гиен — память,
Безвкусная жизнь в грязно-сером пигменте.

Кто говорит, что время лечит,
Должно быть, вовсе не болел.
И не был жизнью покалечен,
Как уголёк в костре не тлел.
Не знал, наверно, дикой боли,
И мук израненной души,
Что рвётся из груди на волю,
Сжимая сердце, как тиски.
Когда бегут кипящей лавой
Внутри багровые ручьи,
А по щекам струятся слёзы,
Как воск расплавленной свечи.
Когда, пронзая диким стоном,
Наружу рвётся волчий вой,
… показать весь текст …