Тут она — европейская, сплошная центрифуга Циппе. Можно сколько угодно ругать ватников и клясть царство Мордора, но от нас секреты такого уровня не уплывали никогда: мы слишком хорошо понимали, что 1000 центрифуг — это топливо для АЭС, а 1 000 000 центрифуг — уже высокообогащенный уран и Бомба. Да, URENCO юридически ограниченная условиями патента Циппе — но это только в том случае, если соблюдать подписанные договоры. И Запад успешно вырастил себе пирата, почему-то рассчитывая, что он будет один.
Есть на свете такая страна, как Пакистан. Кусочек английской колониальной империи, с момента своего возникновения выясняющий отношения с Индией. Но до поры, до времени, это не касалось работы пакистанского учёного Мунир Хана. Попробуйте запомнить имя — Мунир, поскольку Ханов в Пакистане и в его ядерной программе — как донов Педро в Бразилии. У атомного проекта Пакистана с самого его начала имелся «двигатель»: Зульфикар Али Бхутто. В 1956 он был министром энергетики и инициатором создания Комиссии по ядерной энергетике, в работе которой с самого начала очень активно трудился Мунир Хан. Он не только работал как исследователь: носился едва ли не по всей стране, выискивая талантливых школьников, делая их студентами, при каждом удобном случае «затягивал» в Пакистан на курсы лекций по атомной энергетике европейских, американских специалистов. В 1958 в Пакистане случился военный переворот, и новый президент — Мухаммед Хан (нумеруйте их, что ли…)) активизировал финансирование Мунир Хана — в Европу на обучение и повышение квалификации при этой паре Ханов отправились не менее 600 студентов и инженеров. Именно с подачи Мунир Хана в 1961 поехал учиться металловедению молодой талантливый парень — Кадыр Хан. (Нет, я не издеваюсь! Во время правления Хана Хан отправил Хана учиться в Германию) Кадыр Хан становится практически европейцем: после учёбы в Германии диссертацию писал в Бельгии, практический опыт получал на заводах Голландии. Как в любом приличном детективе, без женщины не обошлось: судьба Хана, а вслед за тем и государства Пакистан, и даже земного шара резко изменилась после того, как Кадыр женился на гражданке Нидерландов, получив гражданство этой страны. Это открыло ему возможность поступить на работу в одну из структурных единиц URENCO, получив доступ к части огромного количества работ по укрощению «иглы».
Неизвестно точно, когда именно Кадыр Хан попал в поле зрения спецслужб Пакистана, но этого просто не могло не произойти. В 1965 году, когда Пакистан в очередной раз, грубо говоря, получил по зубам от Индии, Зульфикар Бхутто произнёс свою знаменитую фразу: «Если Индия построит ядерную бомбу, мы будем есть траву и листья, мы будем голодать, но и сами заполучим бомбу себе». В 1971 году, в результате очередной индо-пакистанской войны, на карте мира появилось новое государство — Бангладеш, которое до этого было всего лишь провинцией Восточный Пакистан. В том же году Бхутто становится президентом Пакистана, после чего Мунир Хан стал главой Комиссии по ядерной энергетике. В 1972 в Голландии Кадыр Хан приступает к работе в отделе металлургии Голландской лаборатории физической динамики компании Verenigde Machine-Fabrieken, получая доступ непосредственно к чертежам очередного варианта центрифуг Циппе — G1 и G2. В 1973 на юге Пенджаба, возле местечка Дера Газиа Хан (прекратите нервный смех)) было открыто достаточно богатое месторождение урана, что и подтолкнуло власти Пакистана сделать выбор в пользу создания именно урановой, а не плутониевой бомбы. В мае 1974 года Индия проводит успешные испытания ядерной бомбы, после чего в Пакистане началась откровенная истерика. И почти сразу после этого события Кадыр Хан окончательно понимает, что он может и обязан помочь своей стране получить собственную Бомбу. В сентябре того же года на имя премьер-министра Пакистана — все того же Зульфикара Бхутто — через посольство в Голландии приходит письмо от Кадыр Хана. В декабре Кадыр Хан приехал в Пакистан, встретился с Бхутто, осмотрел, что смогли сделать люди Мунир Хана — они уже пытались проводить самостоятельные разработки центрифуг. То, что увидел Кадыр Хан, вызвало у него глубокое разочарование, и, вероятнее всего, именно после этого он приступил к активному сбору всей технической документации, до которой ему позволял дотянуться его доступ.
Но инженер, учёный — это ни разу не профессиональный шпион, не та школа. Уже в начале 1975 Кадыр Хан попадает под колпак голландской службы безопасности BVD. Оперативная разработка показала — надо «брать». Летом 1975 Кадыр Хана арестовали, и судьба его должна была иметь простое и очевидное продолжение. Но — через месяц его просто … отпускают. Мало того — ему возвращают конфискованные у него чертежи и позволяют уехать на родину! Фантастика? Нет. В 2005 году Рууд Любберс, который в 1975 был министром экономики открыто признал, что на правительство Голландии было оказано мощнейшее давление со стороны ЦРУ. 1975 — холодная война, США прикрывают Европу от стрррашного русского медведя… Зачем это нужно было США и ЦРУ? А, может, вопрос надо поставить иначе: зачем это нужно было США ИЛИ ЦРУ? Геополитический интерес усиления противника считавшейся просоветской Индии? Да, наверное. Но ещё одной причиной, судя по всему, были ещё и слишком скромные оклады сотрудников ЦРУ.
Кадыр Хана считают «отцом пакистанской атомной бомбы», национальным героем, но реально ли это? Вероятнее всего, научная и конструкторская работа — заслуга Мунир Хана. Кадыр — металловед, который не мог руководить ВСЕЙ работой, Мунир — человек, 20 лет занимавшийся всеми аспектами урановой темы, в руки которого попали чертежи G1 и G2. Почему все внимание сосредоточено на Кадыре? Скорее всего — по той причине, что были на полную катушку использованы все его европейские связи. Промышленность Пакистана не имела и намёка на тот уровень развития, который необходим для самостоятельного покорения «Иглы». А Кадыр Хан знал почти все европейские фирмы, выполнявшие подряды для URENCO… В Дубаи стараниями Кадыр Хана возникла целая сеть подставных фирм, которые скупали комплектующие у поставщиков из Германии, Швейцарии, Голландии, Англии, в сети фигурировали странные юридические лица, зарегистрированные в Малайзии, в Сингапуре, в Турции. Вот тут Кадыр Хан в полной мере и проявил свой талант организатора.
А Мунир Хан чуточку модернизировал G1 и G2 — в Пакистане они получили маркировки R1 и R2. Работали в свирепом темпе — первая партия обогащённого до 6% урана была получена уже в 1978 году. Это — ДО начала советско-афганской войны, до того, как на Пакистан пролился «золотой дождь» от Штатов. Как это получилось — при отсутствии развитой промышленности, инженерных, конструкторских школ? Работали по готовым чертежам — это понятно. Мунир Хан успел подготовить и собрать специалистов по ядерной физике, обученных в Европе. Но откуда деньги-то на то, чтобы скупить все, что было необходимо? По официальным данным все, что выделяло на проект правительство Пакистана — скромнейшие 24 миллиона долларов в год. Для разминки — вот ещё одна цитата Зульфикара Бхутто: «Ядерная бомба есть у христиан. Ядерная бомба есть и иудеев. Ядерная бомба есть у индуистов. Дело чести для Пакистана — стать страной, создавшей ядерную бомбу для мусульман». А события происходили, на минуточку — после нефтяного кризиса 1972 года, как раз тогда, когда Саудовская Аравия буквально купалась в деньгах. Почему я вспоминал об окладах ЦРУ? У сети Кадыр Хана в Европе было 72 (семьдесят два) поставщика. И ни один (!) из них не оповестил правительства своих стран о том, что идёт целенаправленная скупка критически важного оборудования. Когда в 1980 кто-то заупрямился и отказался работать с Кадыр Ханом, реэкспортом через Канаду из США были доставлены компоненты инверторов — и расследование не проводилось.
В 1979 произошли ещё несколько событий. Начала операция СССР в Афганистане. Произошла исламская революция в Иране. Произошёл переворот в Пакистане — Бхутто был убит, к власти пришёл Зия-Уль-Хак. С 1981 началось резкое потепление отношений Пакистана и США, а для людей Мунир Хана это обернулось бесперебойными поставками циркония из США. Одновременно с этим начинаются визиты Кадыр Хана в Иран, в Ливию, в Северную Корею. Иран и Ливия — это просто деньги, много денег. Как много? После того, как в 2004 году Кадыр Хан в своей телевизионной «исповеди» о том, как он, в обход «ничего не знавшего правительства» «помогал» Ирану, Ливии и КНДР, выяснилось, что на его личных счетах набралось около 400 млн. долларов. Сравните с официальными затратами Пакистана, которые озвучены как 240 миллионов. Сравнили? Угу — мне тоже стыдно за Ильфа с Петровым, которые описывали похождения всего лишь мелкого паскудника… Да, после «исповеди» Кадыр Хана арестовали, начали судебное расследование, но через месяц его отпустили под домашний арест, прикрыв от любых контактов с зарубежными следователями и людьми МАГАТЭ. В Пакистане менялись президенты, правительства, правящие коалиции — для Кадыр Хана это не имело никакого значения. Он по прежнему неприкосновенен, его дочь по прежнему живёт в Европе. Где, в каких сейфах лежат документы того, кто много знает и много молчит — как знать…
Иран модернизировал бывшие G1 и G2 от пакистанского состояния R1 и R2 до модернизации IR-1 и IR-2, прочие подробности иранской ядерной программы достаточно хорошо известны. Судьба Ливии — у всех на слуху. КНДР? Да, оттуда получить денег команде Кадыр Хана не светило, но, кроме самой Бомбы нужны ведь и средства её доставки, не так ли? 16 ноября 2006 года Пакистан провёл успешное испытание баллистической ракеты Hatf5, способную нести ядерную боеголовку… А в 2009 с Кадыр Хана сняли и домашний арест, и все запреты на передвижение по всему миру, заодно разблокировали все его счета и сняли обвинения в «обмане правительства и президента». Какого бы размера жульничества этот человек ни совершал, факт остаётся фактом: Пакистан — единственное исламское государство, сумевшее создать собственную ядерную бомбу. И, как вишенка на торте: в 2012 году Пакистан успешно испытал новую баллистическую ракету Shahin I, теперь уже с дальностью в 1 500 км. Про то, как КНДР проводит все новые испытания ядерных зарядов — тоже всем известно.
Что в заключение? Да просто факты. Пока технология обогащения при помощи центрифуг оставалась монополией царства Мордора и стрррррашного КГБ/НКВД/ФСБ/опричнины — в клубе ядерных держав состояло пять государств: СССР/Россия, США, Англия, Франция и Китай. Как только до технологии смогли дотянуться представители царства демократии, свободы и закона — технология ушла гулять по всему миру. Вы, конечно, вольны делать собственные выводы, а у меня он получается только один: коррупция встроена в систему капитализма намертво, без неё этот экономический строй существовать не способен. Даже если это касается национальной стратегической безопасности — возможность заработать здесь и сейчас будет всегда сильнее.
