В метро

Я плакала и закрывала
Лицо журналом «Крокодил».
Меня кому-то жалко стало —
Мне кто-то место уступил.

Я плакала, себя кляня,
За то, что — глупо, неуместно…
А все смотрели на меня —
Всем было очень интересно.

«О боже, сколько лет прошло!
Мне сорок пять, мой сын женился,
И внучка весит три кило!» —
А ты ничуть не изменился —
Красавец-профессионал…
А я тебя почти забыла.
Ведь ты бы так и не узнал:
Смешно, но я тебя любила…
Ну что ты смотришь на меня?
Да, ты не знал. Да, я скрывала —
Смеялась среди бела дня,
А вечерами ревновала.
Я от тоски, а не со зла
Шутила зло и ядовито.
… показать весь текст …

Мне грустно без причины,
Я плакала не раз:
Я встретила мужчину,
Похожего на вас.

Я вас не предавала,
Счастливая взахлеб,
Я вас поцеловала
В его холодный лоб…

Но знайте, мой хороший,
Однажды в добрый час
Я разлюблю и брошу
Похожего на вас.

Мечется баба меж двух мужиков —
Умная баба — меж двух дураков.
Первый — законный,
Второй — ненаглядный —
Ложь телефонов
И слежка в парадном,
Лица соседей
И взгляды детей…
Сколько в газете
Проблемных статей! — 
Их не читая, уж много веков —
Мечется баба меж двух мужиков.

Ты позвонишь своей любовнице,
Она ответит: «Приходи», —
И пусть ничто тебе не вспомнится,
И все пусть будет впереди.

И ты жене соврешь, как водится, —
Не знаю что — тебе видней…
Судьба сумела позаботиться
О том, чтоб я не стала ей.

Говаривала тетушка Ирена:
«Живем от Мендельсона до Шопена…»
Хранила пачку писем из Парижа —
Их перечтя, шептала: «Ненавижу!» —
И снова ненадолго убирала
В шкатулку, а шкатулку — запирала.
И что-то по-французски говорила,
Раскладывая вечером пасьянс…
А я еще французский не учила,
Но понимала слово «мезальянс».