Ничего-ничего, нет на свете такой Анджелины Джоли, которая не нашла бы своего Брэда Питта.

Фальшь в его голосе была такой же броской, как и огромный бриллиант на одном из колец. Притворная любезность и подлинный алмаз размером со сливу — в этом что-то есть. Что-то фантасмагорическое.

Счастье — это когда стоишь босыми ногами на нежном золотистом бархате песка, вдыхаешь упоительный морской воздух и жмуришься на ярком южном солнышке. Волна накатывает на берег, обдавая колени прохладными брызгами. Где-то кричат чайки; отзываясь на прикосновения ветра, вздыхают пальмы. Смуглый до черноты мачо в красных плавках не сводит с тебя восхищенного взгляда. А у бассейна тебя уже ждет прохладный, с кубиками льда, арбузный сок, и единственная неприятность, которая может случиться в этот сказочный день, — это обгоревшие плечи…

Добро пожаловать в наш элитарный Клуб красивых, модных и голодных!

Этот поцелуй на краю пропасти вобрал в себя все несбывшиеся поцелуи, все непроизнесенные вслух признания, всю нерастраченную нежность. Встреча их губ — это прыжок в небо, это — парашют за спиной, это — восторг полета, это — передозировка счастья. Еще немного — и сердце кометой взорвется в груди, не выдержит этого нечаянного счастья…

— Ошибаешься! — хрипло выкрикнула я ему вслед. — Я не знаю, кем была тебе та светловолосая девушка, которую ты потерял, но я могу понять твою боль…

Он резко развернулся, и лицо его исказилось от бешенства. В два прыжка он одолел расстояние между нами, и я поморщилась, почти физически ощутив, как впиваются его ногти в ладони.

— И не надо строить из себя мученика, — жестко прошептала я, — и отказывать другим в праве на сильные чувства и сильное горе. Я могу понять тебя. Почему же ты не постараеш…
… показать весь текст …