Не критиковать — потворство.

Не критиковать — потворство.

…Если новое поступает в необогащенный знаниями мозг, оно ни с чем не соотносится и болтается как одинокая пуговица в пустой жестянке. Что наполучал, то и имеею. Читаю Пушкина — отражаю Пушкина. Читаю про Д. Бонда — отражаю Д. Бонда. Т. е. если мозг получил чепуху — он и отражает чепуху, пошлятину и обывательщину.
— Но ведь что написано — уже продукт отражения — сказал отец.
— Тем более. Тот, кто писал, отразил что-то, неизбежно исказив действительность в силу индивидуальных особенностей. А мы, прочитав искаженное отражение, в свою очередь исказим его… Поэтому человеку совершенно необходим свой жизненный опыт, чтоб объективность без всякого посредничества отражалась в его мозгу…"

У меня есть друг, русский человек. Он тоже живет в Италии, и мы с ним видимся иной раз. Родители увезли его из России маленьким. В годы революции. Они думали спастись от нее на чужбине. Своего сына они воспитывали в ненависти к ней. Вернее, они учили его раздваиваться: любить Россию и ненавидеть ее народ. Получилось плохо. Во имя такой странной любви к России без народа он, этот мальчик, когда вырос, пошел вместе с немцами отвоевывать себе Россию от ее народа. А оказывается, без народа страна не существует. Она существует только с народом и для народа, для того, кто ей верен, кто никогда ей не изменит. Кто изменил России, пусть никогда ее своей родиной не называет, потому что это неправда. Некоторые из тех, кто бросил ее в трудные годы, кто проклял ее, под старость рвутся обратно: хотя бы, мол, умереть на родной земле. Но умереть на этой земле — это совсем не то, что жить на ней, и они не родину находят таким образом, а всего лишь могилу.

— Курите?
— Бросаю.
— Я тоже. Значит, закурим.

На критику в свой адрес реагирую только положительно…
На объективную — сверхположительно, на необъективную — положила и забыла…

Критика — занятие бессмысленное: читать нужно не для того, чтобы понять других, а для того, чтобы понять себя.