Он не испытывал одиночества, когда бежал мира, потому что тогда не было чувства покинутости. Теперь мир бежит его, а это совсем другое.

Сеть от одиночества не избавляет, потому что одиночество — явление не социальное, а персональное. Древнерусские отшельники жили в дремучих лесах, но одиночества не испытывали.

Одеяло Лихачёва

Приведу фрагмент из воспоминаний моего учителя, академика Дмитрия Сергеевича Лихачёва. У него было счастливое детство, его очень любили родители, он получил «нежное воспитание». И вот этот комнатный мальчик в 22 года попадает в жуткие условия Соловецкого лагеря особого назначения. Ему удалось захватить с собой из Питера некоторые вещи, в том числе и своё детское одеяло. Им даже толком укрыться было невозможно, но оно согревало его не физически, а памятью. Он писал:

«Я накрывалс…
… показать весь текст …

Всякая встреча больше ведь, чем расставание. До встречи — пустота, ничто, а после расставания пустоты уже не бывает. Встретившись однажды, полностью расстаться невозможно. Человек остаётся в памяти, как её, памяти, часть. Эту часть создал он, и она живёт и иногда входит в соприкосновение со своим создателем. Иначе отчего же мы чувствуем дорогих людей на расстоянии?

Компьютер — область свободы. Свободы от цензуры, но порой — увы — и от грамматических правил. … Никогда прежде перед нашими глазами не проходило такое количество безграмотных текстов. Ошибки, существовавшие раньше лишь в частной переписке, стали теперь общедоступны. Они усваиваются и — тиражируются.

Встретившись однажды, полностью расстаться невозможно.