Мечтаю в старости сидеть в кресле-качалке,
куря сигаретку и попивая хорошее дорогое
винишко, смотреть на мои плантации, на которых работают мои рабы-внуки,
приехавшие к бабуле на лето.

Курица лежала под самой морозилкой и её слегка прихватило. Положила на веранде чуть оттаять.

Сижу в кресле-качалке, привязываю верёвочки на CD-диски — люди говорят, помогает спасти клубнику от дроздов. У меня уже висит, и сегодня дрозд обожрал самую крупную клубничину прямо под диском. Наверное ел и любовался собой в отражении. Но я таки верю, дело в том, что дисков должно быть больше.

Из малины выходит чёрный кот, картинно замирает, чтобы я его хорошенько рассмотрела и с криками «мрряяяяу-как…
… показать весь текст …

Ушицу во дворе на костре сварила. На стерлядочке, с дымком… Ароматная, янтарная. Лучок-морковка туда — целиком, картошечка свежая — немного, чтоб не отвлекала. Водочки в бульон — само собой. Сняла с огня, а пока «доходит» — в угли картошку в фольге. Тут же стол у меня под клеенкой, а на нем — огурчики пупырчатые, помидоры алыми боками сияют, укроп-петрушка-салат — всё прямо с грядки, россыпью, на большом блюде… Лето, я прощаю тебе всё!

Если бы лето можно было попробовать, зачерпнуть огромной ложкой и отправить прямо в рот, то, наверное, на вкус оно было бы, как клубника с сахаром.
Но не та, что лежит аккуратно на полочках маркетов, упакованная в пластиковую тару с яркими этикетками.
Нет, это была бы клубника из бабушкиного сада, за которой ты с самого утра бредёшь в огромной папиной футболке и в ярких шортах. Ноги утопают в мокрой от росы траве, соседи уже стучат вёдрами и о чём-то перекрикиваются за дощатым забором, а ты ск…
… показать весь текст …

Я помню, мы на счастье ели клевер. То было всегда ранним августом. Отчего-то больше тогда мечталось и верилось в сказки.

Мы пили росную воду из чашечек крупного подорожника, что рос вдали от просёлочной дороги. Ходили босые по уже тронутой желтизной траве, она, немного колкая и жёсткая, — единственное, что я отчётливо помню из раннего августа в детстве. Остальное всё смазалось, превратилось в тонкие засветы на плёночных фотографиях и помнится теперь лишь отголоском и тихим эхом. Но я всё же помню…

Сладкий сок красной смородины и первые летающие паутинки в поле. Запутавшийся в волосах медовый ветер и кленовые большие серёжки, слетевшие на ровную гладь озера.

О раннем августе всегда выходит как-то нескладно. Будто маленький воробей учится щебету. Но с любовью большой и какой-то особенной нежностью. Потому, что люблю я его, да так, что слова теряются и превращаются в воздух. И плывет он мягким облаком над большим пшеничным полем, и в воздухе этом — тихая моя любовь.

Ах, лето!
Ах, лето! Звонкое, голосистое, зеленое!
Если существует рай на Земле, то этот рай лето!
Весной пробуждается природа, а летом расцветает весь мир и дарит нам свою красоту. Летом нежная окраска травы и листьев деревьев переходят в более яркие и сочные тона. Это преобразование напоминают мне девушку, надевшую себе женственность.
Под легким дуновением ветра шелестят деревья, раздались вширь и стали изумрудными от переизбытка сил луговые травы.
Дивная красота! Такие яркие переливы красок н…
… показать весь текст …