Согревай меня лишь лунным светом, он мне душу лечит без увечий… я в глаза твои смотреть не буду — я боюсь остаться там навечно…

Бывает, разобьешься перед человеком, душу развернешь…
А он завернёт все в разочарование и выбросит, как ненужный хлам,
при этом самовлюблённо полагая, что ты оправдываешься.

И в тот момент, когда отчаяние достигает своей наивысшей точки, когда нет желания жить, когда нет надежды выжить, господь посылает нам своих ангелов, в образе человека, которые выполнив свою миссию непременно уйдут, уйдут навсегда, оставив неизгладимый след в наших душах.

Моя бабушка не ходила в церковь…
Она подолгу сидела по вечерам, закрыв глаза, и беззвучно разговаривала с тем, в кого верила…
И — помогала, помогала, помогала…

Однажды я спросила её…
И она ответила…

В начале сорок второго бабушку эвакуировали…
С двумя детьми…

Эшелон с полуголодными измождёнными людьми месяцами стоял в тупиках, пропуская фронтовые поезда…

Четыре месяца спустя бабушка похоронила старшего, четырёхлетнего Федю, голыми руками выкопав для него неглубокую яму на придорожной косе…
… показать весь текст …

Посмотри за окно на сверкающий праздничный снег.
Он несет в себе свет, и иначе быть просто не может.
И его чистота все нужнее, важней и дороже.
Бог с тобой… Улыбнись. Светлой жизни тебе, человек!

Нам необходимо осознать, что есть время пламенеть, а есть время светить. Свет тихий, спокойный, ровный свет, который во тьме светит, может принести больше пользы людям, чем обжигающее пламя.