Наспех натянув свитер на голое тело, она взяла кисти, краски и спустилась в сад.
Свежий ночной воздух проникал сквозь ее легкое одеяние.
Дрожь пробежала по телу.
Глубокий вдох…
И кисть нежно коснулась полотна.
Тонкая красная нить из ниоткуда в никуда.
Она на миг замерла.
Зачем ей это?
Кому она об этом скажет?
Кто поймет?
Кто услышит этот громкий крик немого полотна?
Казалось, что, даже, сад затих в ожидании…
И вот кисть вновь полна краски.
Теперь она прошлась по полотну с силой.
И снова.
И снова.
И снова.
Ее движения были быстры и полны решимости.
Взмах кисти и новый след.
Взмах кисти и… дикий крик, что слышат только звезды.
Все больше и больше красного на полотне с оттенком черного.
Но ей было мало. Она хотела еще и еще.
Она хотела сказать…
Она хотела кричать…
Но все, что она могла — это писать.
Писать картину, что кричит.
Дрожать всем телом и молчать.
Молчать, когда так хочется кричать!!!
И снова кисть… и полотно…
И губы в кровь…
И крик без слов!!!
И тихий стон…
И красным стало полотно. С оттенком черного оно.
И опустилась кисть…
Упала ниц душа, что так кричала с полотна…

Когда тебя пронзает остро боль,
Когда ты глохнешь, растворясь в тиши.
Из тела выходи, скорей в полет спеши
Из матрицы на волю вырвись вновь.

Пронзи ячейку, словно черную дыру,
Лети за рамки сквозь фигуру Зет.
И сколько бы тебе не было сейчас лет,
Забудь об этом в многомирье наяву.

Среди кубов и треугольников сознанья,
Сумей увидеть хоровод Вселенных.
Есть бесконечное число миров нетленных,
На многочисленных порогах мирозданья.
… показать весь текст …

И снова боль приходит словно инквизитор,
И раздирает душу, словно хочет расщепить
На атомы твое больное тело. Как бы нарочито
Играет твоим телом и не желает отступить.

Тогда ты лишь о смерти скорой помышляешь,
Но Бога всё равно не устаешь благодарить.
Об эвтаназии ты малодушно так мечтаешь,
Чтоб оборвалась скорей серебряная нить.

Боль укрепляет всё!

Хотите сделать больно — бейте по телу и никогда по душе.

Всегда лечись ты неспеша
Боль Господу излей
Вначале лечится душа
А тело всед за ней