Я буду той, кем ты мне разрешишь.
Ты станешь тем, кем я тебе позволю.
Не менее, мой милый, и не боле —
Мир каждого — труд собственной Души.
И если ты велик, а я мала,
То в чьей душе не достаёт тепла?

Когда бы не любовь, не одолеть нам
Тоски разлук и тяготы узлов,
Душою, оглушенной лихолетьем,
Не уловить надежды тихий зов…
Когда бы не любовь, её способность
Откликнуться касанью мотылька,
Глядел бы в чёрный космос мёртвый глобус
Безжизненно века, века, века…

Танцует ветер, и роняет листья
Пронизанная солнцем высота.
Умели б Мы любить так бескорыстно!
Но в сердце то тоска, то маята…
Коль ревности в нем нет и жажды низкой
Все получив, не отдавать взамен,
То все-таки тревога есть за близких,
И вечный страх нежданных перемен.
Как трудно отделить любовь от страсти,
От страха, раздражения, обид…
Одна листва не знает несогласья,
И дерево по листьям не скорбит.

Сердечный трепет разумом губя, туманя разум — бьются две рапиры в одной Душе… Не сотвори кумира, а сотворишь — пеняй же на себя!

как трудно нам порой соединить всё то — что БЫЛО, с тем — что быть МОГЛО…

Теперь молчи. Напрасно не зови.
Лукавых слов твоих уже не надо.
Сжег все дотла огонь моей любви,
И умер сам. И это невозвратно.
Но не печалься — ни слова, ни взгляд
Тебя не упрекнут и не осудят.
В опустошенном до конца сосуде
Не бродит мед, но не таится яд.