Она любит слушать грустные песни о любви, разглядывать его фотографии и улыбаться даже когда ей больно…

Она любит дождь и иногда плачет по ночам в подушку, она совсем не идеальная со своими достоинствами и недостатками, но одно в ней неизменно — любовь к нему…

НАС ДВОЕ: ТЫ И Я,
КАК ПОЛОВИНКИ МИРА,
ТЫ СВЕТЛАЯ, Я ТЁМНАЯ СТРУЯ,
ТЫ ГРОМКАЯ, Я ТИХАЯ ЛИРА.
И, КАК ПОЛОВИНКА ТВОЯ,
ХРАНИТЬ ТЕБЯ БЕРЕЖНО БУДУ.
КЛЯНУСЬ, ЧТО СКАЗАТЬ НЕ ЗАБУДУ,
КАК СИЛЬНО ЛЮБЛЮ Я ТЕБЯ!

Она не такая как все, и не стремится стать той, которая сольется с серой массой…

Печаль в глазах и грусть на сердце.
Кошмарный вой и стон в душе.
И неужели ты закрыла дверци?
А разве тайна есть уже?
И влажные глаза от слёзок
Печально смотрят, как котёнок на меня.
Забудь, пойми, прости. Нет больше грёзок,
Которые мог выполнить лишь я.

«Tombe la neige», — хрипловато поёт баритон.
«Tombe la neige». Слава Богу, что это не стон,
Не мольба, не надсада, а песня с грустинкой.
На земле, что вращается старой пластинкой,
Те же речи, и встречи, и песни всё те ж.
Тихо падает снег, и звучит «Tombe lа neige,
Tombe la neige, tombe la neige». На заигранном диске
Всё о том же, о том же — про счастье и близкий,
Близкий счастья конец. Та, что так дорога,
Не придёт, а на землю ложатся снега.
И снега и любовь превратятся в былое,
Чтобы снова воскреснуть под чуткой иглою.
1996