Любовь — мой бинт, прилипший к ране,
Он врос мне в тело, он болит,
Он побывал в чужой отраве,
И рана ноет и кровит…
Как оторвать его, не знаю…
Он пропитался гноем лжи…
А врач сказал, что помогает
Лишь ампутация души…

Я — слишком цветной, ну, а ты — слишком белая…
Я — слишком порывистый, ты же — несмелая…
Боишься испачкаться яркими красками,
Безумством моим и горячими ласками…

К чему эта логика?.. эта сверх-взвешенность?
Зачем говоришь, что нас лучше не смешивать?
Ведь я в тебя целюсь так хрипло и трепетно,
Хочу подстрелить-приручить-сделать преданной,

Хочу заразить тебя страстью и нежностью,
А может быть даже — семьёю и верностью…
Я рвусь поделиться с тобою дыханием,
Одним-на-двоих-без-обманов сознанием…
… показать весь текст …

Мечты летели умирать…
И чувства жирными мазками
Ложились в жёлтую тетрадь
Моих стихов. Преображались
Печали в линии судьбы,
На сердце стягивая шрамы…
Увяли розы, но шипы
Остались вечностью… Устали
Слезиться светом дырки звёзд…
Моя бездомная планета
Куда-то мчалась не всерьёз,
Но в даль от солнца. Не согрета
Моя душа теплом весны
Последней, кажется… иль ранней…
… показать весь текст …

Целую дождь, когда разлука
Напоминает о себе,
Когда несдержанные руки,
Прильнув устало к голове,
Осознают, что одиноки,
Что отпустили всё же зря.
И майский дождь роняет строки
На мир, застывший в ноябрях.

Целую дождь. Перед глазами
Теряет небо высоту.
Возможно ль выразить словами
Души больную наготу
С пустым незанятым пространством,
… показать весь текст …

Стол между душ… Окровавленный кофе…
Холод улыбок… Прокисло вино…
Встреча двух вечностей… Допинг и морфий
Вводишь мне в сердце — уже всё равно…
Стол между глаз расстоянием в зиму…
Снег разложения мёртвых свечей…
Я пережил… Продышал тебя мимо…
Мимо изрезанных болью ночей…
Я прошагал твои серые стены
Мимо нездешних разбитых витрин…
Стрелка застряла… и вспухшие вены
Больше не радует твой героин.

Cмогу ли я, привыкнув ждать,
Жить налегке, смириться с ролью?
Разлук тяжёлая печать
Уже поставлена. Запомнил,
Как мне везло тебя любить,
Казалось, что необратимо…
Но, доведённый до молитв,
Я стал вокзальным пилигримом.

Перрон двулик — здесь мир надежд
Сменим агонией потери.
Перешагнув его рубеж,
Встречались здесь и сиротели
Людские судьбы. Жажда рук
… показать весь текст …