«Кто виноват, что с нами вновь не те?» —
Страх обреченного перед девятым валом,
Страх оказаться одному и в пустоте.
Страх одиночества незримо правит балом.

Мне страшно, бес. Я снова взаперти,
Привыкшая к несбывшимся возможным
Иллюзиям и мыслей ассорти,
В беспечном ожидании тревожном.
Несовершенен и безумен мир,
Так беспощадно убивает время,
Так тесно во вселенной, черт возьми,
Так пусто жить наедине со всеми…

В человеке, не осознающем свою Духовную Суть, страха всегда будет больше, чем Жизни. Подобный человек боится собственной, не понятой им, Пустоты настолько, что инстинктивно бросается в любые отношения с другим, называя это «любовью». Боясь одиночества, он пытается заполнить эту пустоту «отношениями», принося себя в жертву или делая жертвой своих сценарных планов другого. Если не получается создать свой сюжет, то всегда найдутся праведные обвинения всех и каждого. Для этого случая есть удобное расстояние между собой и «другим». Такому человеку гораздо легче быть правым, чем счастливым, и поэтому сложно заметить или нет желания, что чаще всего он просто использует других.

Так страшно протягивать руку, зная, что впереди только пустота. И не знаю, что пугает больше: то, что я не смогу дотянуться, или всё-таки дотянусь.

Нельзя жить в мире, ограждая себя от него, в вечном страхе, что он может лишить самого главного. Иначе, зачем ты пришел в него, странник? Что несешь с собой? Если ты пуст, то будь готов к тому, что вопли и обвинения тебе не помогут.

Меня знобит. Он ближе. До упора
подходит, и я чувствую дыханье —
холодное, бездушно-неживое.
он все стоит, глаза его пусты,
но, приглядевшись, вижу в них свое я
измотанное тело и пустырь.