Утром, выбираясь из-под одеяла, аккуратно освобождаясь от не

Утром, выбираясь из-под одеяла, аккуратно освобождаясь от нежного кольца твоих рук, я поняла, что мне все сложнее «разрываться» на 2 дома — дом, где моя дочка и дом, где есть ТЫ. Так хочется, чтобы вы были оба рядом со мной…

Научите меня быть злой, научите меня быть циничной!
Любоваться самой собой и к другим быть совсем безразличной!
Разучите меня любить, отнимите добро и веру. Разучите. Нет? Я сама, вокруг много — много «примеров».

И решение принято. И шаг сделан. А радости нет. Только душа тихо-о-онечко скулит. Но дверь в ТАМ, ГДЕ ОН, закрыта…

Весна. 8 Марта. Ты одна.
И рядом кто-то есть, и знаешь, что нужна.
Но рвется сердце раненным зверьком
К тому, кто был в ранг Бога возведен.
Ты знаешь — он теперь чужой мужчина,
Что не в твои глаза посмотрит он.
Ты в ночь ушла — на то была причина,
Но мысль о нем твой вызывает стон.
Простила. Ни упреков, ни обид,
Лишь пожелание здоровья, веры, счастья.
Он от тебя дождем из слез укрыт…
Забудь его. К нему не достучаться.

«Давай останемся друзьями!» — безумнее нет этих слов,
Когда лишь шаг назад, но между вами была любовь.
«Ты мне звони, коль что-то приключится!», а день назад ни часа без звонков!
И дождь из слез над письмами пролился, а шаг назад была ОНА — ЛЮБОВЬ.
Как, черт возьми, легко, без сожаления, к разряду ПРОШЛОЕ вы отнесли себя,
В который раз от мира сотворения частица МЫ, без жалости, на Я и Я!
И ВРЕМЕНИ не верьте — боль не лечится! И клина не найти, чтоб выбить клин!
И наши души так, «на раз» калечатся и вновь средь миллионов ты один…

А я-то, наивная, думала, что ты лбом о стену от горя,
Что ты от печали негаданной утопнешь в слезливом море.
Что пальцы ломать будешь белые, последние волосы выдерешь,
Молитву за возвращение, как теорему вызубришь.
Ага, угадала, глупая — в твоих глазах радость светится!
И пофиг тебе, что мне хочется на первом столбе повеситься.
Ой, зря! Человек я не мстительный, но если обидишь меня,
Покроется лавой огненной под твоими ногами земля!