Ночь, пустота, одиночество…
Звук тишины… Иль пророчество?
Болью звенит тишина…
А ведь ты говорил, что нужна…

Это всего лишь слова…
Я теперь это лишь поняла…
Не бросают, не врут тем, кто дорог.
Кого любят — те слёзы не льют…

Я не жила тобой — тобой дышала…
Надеялась, ждала, любила… и сгорала
От ревности. от боли, от тоски,
От ран, что кровоточат без любви…

Ты обломал мне крылья, наплевал мне в душу.
Нет, ты не бойся, твой покой я не нарушу…
Холодные осколки сердца собираю
И в ВЕЧНОСТЬ свои чувства отпускаю…

Зима в душе…
Засыпало порошей
Все чувства и мечты…
Лишь изредка звучит
надежды колокольчик,
и веры стебелек
надломленный дрожит
в объятьях подлой лжи…

Не приучай кого-то дышать лишь тобой, если не уверен, что однажды не оставишь его задыхающимся в одиночестве.

Так становится страшно, когда пустота…
Когда нет никого, кто тебя понимает…
Когда много людей, но средь них никого,
Кто твою боль своею воспринимает.
И тревога твоя передастся ему,
И сомнения тоже не безразличны…
Сейчас трудно найти среди многих того,
Кто б испытывал боль твою, как что-то личное.
Равнодушных полно, они мимо идут,
Невзирая на то, что ты молча страдаешь.
Жаль, что пусто вокруг, и ведь нет никого,
Кто б тебя понимал, как сама понимаешь…

Боль, тоска одиночества обжигает холодом.
Вольной птицею в небе кружить устала
Плоть живая, истерзанная диким голодом.
Мне б неволи глоток, чтоб душа летала.