Сердиться на людей означает считать их поступки чем-то важным.

Мы деловые люди, мы привыкли вкладывать свои средства, привыкли уменьшать свои потери, мы ведем себя в этом мире как на базаре. А если мы «вкладываем во что-то средства», мы желаем иметь гарантии. Мы готовы влюбиться, но только если это будет взаимно. Если мы разлюбили, мы обрываем одну связь и заменяем ее другой. То, что мы называем любовью — это всего лишь истерика. Нас нельзя назвать страстными существами, бессердечными — да. Я то думал, что я знаю, как любить, но дон Хуан как-то сказал мне:

«Ну откуда ты мог бы знать это? Тебя ведь никогда не учили тому, что такое любовь. Тебя учили как соблазнять, как завидовать, как ненавидеть, а любить тебя не учили. У тебя кишка тонка, чтобы любить так… Мог бы ты полюбить навсегда, так, чтобы эта любовь осталась и за границами смерти? Просто так, без всяких там „вложений“? Ты никогда не знал, что значит любить вот так, без всякой жалости к себе. И ты действительно хочешь умереть, так и не узнав этого?»

Воин тем и отличается от обычного человека, что он всё принимает как вызов, тогда как обычный человек принимает всё как благословение или проклятие. Жизнь воина — бесконечный вызов, а вызовы не могут быть плохими или хорошими. Вызовы — это просто вызовы.

Неизвестное — это то, что скрыто от человека неким подобием завесы. Однако оно находится в пределах досягаемости. В определённый момент времени неизвестное становится известным. Непознаваемое же нечто, не поддающееся ни осмыслению, ни осознанию. Непознаваемое никогда не перейдёт в разряд известного, но тем не менее оно всегда где-то рядом. Оно захватывает и восхищает своим великолепием,
И в то же время его грандиозность и безграничность повергает в смертельный ужас.

Весь смысл заключается в том, чему именно человек уделяет внимание. Мы либо делаем себя жалкими, либо делаем себя сильными — объем затрачиваемых усилий остается одним и тем же.

Карлос Кастанеда

Какой смысл твоей жизни?
— жить как можно счастливей!
Верно! А ты знаешь хоть одного человека, который был бы по настоящему счастлив?
— нет, действительно не знаю,
А я знаю!
Есть люди, которые очень аккуратно и осторожно относятся к природе своих поступков. Их счастье — в том, что они действуют с полным осознанием, что у них нет времени. Поэтому во всех их действиях присутствует особая сила, в каждом поступке есть чувство.
Дон Хуан замолчал, как бы подбирая слова…
Поступки обладают силой, — сказал он.
Особенно когда тот кто их совершает, знает, что это его последняя битва. В действии с полным осознанием того, что это действие может оказаться последним на этой земле, есть особое всепоглощающее счастье.