Лиза подошла к автобусу. Он стоял на остановке привычно, буднично, будто и не было никакой тайны в его маршруте — просто старый городской автобус, чуть потёртый, с тускло светящимися окнами. Только на борту, там, где обычно пишут номер, не было ни цифр, ни букв, только лёгкая, едва заметная меловая полоска, будто кто-то начал писать и передумал. Не было той таблички про которую говорила Элис.
Водитель, не поднимая глаз от руля, чуть кивнул, как будто знал её всю жизнь:
— Садись. Дорога будет извилистая. Не пытайся её запомнить.
В автобусе пассажиров не было…
Лиза села возле окна, прижалась лбом к холодному стеклу и вдруг поняла: она и правда не видит дороги. За окном не мелькали дома, не бежали фонари, не тянулись провода. Только плавные, тягучие переливы — будто автобус ехал не по улице, а сквозь туман, который сплетался в узоры, похожие на морозные рисунки на стекле. Иногда сквозь эту дымку проступали смутные очертания: крыша с резным коньком, фонарь на кованой ножке, угол дома, — но стоило Лизе вглядеться, как картинка расплывалась, растворяясь в сером свечении.
Автобус мягко покачивался, будто плыл по невидимой волне, и в этом движении было что-то убаюкивающее. Лиза не пыталась понять, куда они едут и сколько времени прошло. Она просто сидела, слушала тихий гул мотора и чувствовала, как внутри медленно расправляется то, что весь вчерашний день сжималось от тревоги и непонимания.
А потом стекло вдруг стало прозрачным, как обычное окно в обычный день, и Лиза увидела знакомую остановку — ту самую, на которой она когда-то села, торопясь к подруге, чтобы присмотреть за квартирой. Автобус мягко замер, двери с шипением раскрылись.
Лиза вышла, вдохнула привычный городской воздух — не густой, не шепчущий, а простой, холодный, с лёгкой примесью выхлопных газов и свежего ветра. Она посмотрела на свои часы: 11:36, время стало отсчитывать минуты, и дата — та же самая, словно день, который она провела в доме Элис, в этом районе, где время шло иначе, просто выпал из календаря, как листок, который тихо сдуло со стола.
Она шла по знакомой улице, и город вокруг был таким обычным, таким правильным, что на секунду ей стало почти страшно: а вдруг она всё придумала? Вдруг не было ни шёпота старого дома, ни тёплого пледа, ни чашки чая, ни камешка в кармане? Но камешек был. Лиза нащупала его в пальто, сжала пальцами — твёрдый, тёплый, настоящий.
Дома всё было ровно так, как она оставила: ключи лежали на тумбочке, телефон — рядом, экраном вверх. Лиза взяла его, пальцы чуть дрогнули, будто она боялась, что он окажется чужим, но нет — это был её телефон, её чехол. Она воткнула зарядку в розетку, дождалась, пока экран вспыхнет, и тут же раздался звонок — подруга.
— Лиза, ты где? Я уже третий раз звоню, телефон выключен!
-Я собираюсь ехать к тебе, посмотреть квартиру, полить цветы…
Дорога домой...
Часть одиннадцатая.
© Светлана Куряева 820«Missus Lisabet» 13
