Эта сказка как мир, обманчивый мир, стара, и сюжет её не меняется век от века: там, где роза цвела, живая, ещё вчера, разглядишь ли в глазах чудовища человека.
Жизни боль и несправедливость почти забыв, преисполнившись неразумной своей надежды, я поверил: теперь смогу избежать судьбы, выступая на свет из горестной тьмы кромешной. Чем я был до тебя, что я без тебя умел? Лишь почти позабыл, что скрыто под этой кожей. Только ты победить сумеешь и боль, и смерть, и разрушить заклятие с лёгкостью мне поможешь…
…если только вернёшься. У розовых лепестков, верно, короток век, и цвет их недолговечен. Я протягиваю ладонь, но моих оков слышен звон, и ложится тяжесть ко мне на плечи.
Снится мне: я бреду сквозь лес, бесконечный лес, увлекаемый светом где-то в глубокой чаще, и следов не найти на влажной её земле, и не слышен твой голос в её тишине звенящей. Это ты ли меня зовёшь через шум дождя, это ты ли даёшь мне руку без сожалений? Просыпаясь во тьме какой уже раз подряд, нахожу себя опустившимся на колени.
Увядает живое, кончается всякий срок, только я не умру, пока тебя не увижу.
Я смотрю, как последний падает лепесток, и шаги твои слышу лёгкие: ближе, ближе…
Эта сказка как мир, обманчивый мир, стара, и… – Ноа Шершевер
© Ноа Шершевер 6
