Шахматы всегда казались мне территорией человеческого интеллекта. Но ещё в конце 80-х стало ясно: как только интеллект человека ограничен рамками шахматных правил, он неизбежно уступит машине.
Так я и написал в августе 1989 года в Глухове:
«Последним чемпионом мира по шахматам необходимо будет признать шахматный компьютер».

Прошли годы — и жизнь подтвердила это быстрее, чем я ожидал.

Личный опыт
В 1996-м я сыграл две партии с программой уровня кандидата в мастера.

В первой, где компьютер играл белыми, я просмотрел простую комбинацию — и машина выиграла пешку. Дальше она методично упрощала позицию, меняла фигуры и довела партию до победы.
Ощущение было странное: будто невидимый удав медленно сжимает кольца на шахматной доске. Никаких эмоций, никакой усталости — только холодная логика.

Во второй партии белыми играл я. Максимально собравшись, я «придавил» программу по всем направлениям, и в проигрышной для неё позиции появилось окно: «Вы выиграли».
Но сколько нервов это стоило — давление поднялось так, что я ещё пару часов приходил в себя.

С тех пор я понял: логика шахмат вредна для здоровья, если играть против машины.

Опыт других
Позже один мой знакомый, будучи знаком с з.м.с., бывшим чемпионом Киева, рассказал со слов своего знакомого: у него программа куда сильнее. На 7-м уровне из 10 он уже не может выиграть — лишь изредка удаётся ничья.
Это подтверждает простую вещь: даже сильные мастера уступают современным движкам.

История противостояния
В 1996 году компьютер Deep Blue впервые выиграл партию у чемпиона мира Гарри Каспарова.
В 1997-м — победил его в матче.
Позже Каспаров играл с Deep Junior — матч закончился вничью.
Владимир Крамник встречался с Deep Fritz — и проиграл.

После этого официальные матчи «человек против машины» фактически прекратились.
Не потому что тема исчерпана — а потому что результат стал очевиден.

Машина сильнее человека
Современные шахматные программы:

просчитывают миллионы ходов в секунду,

не устают,
не нервничают,
не ошибаются из-за эмоций,
не боятся риска,
не переоценивают свои силы.

Человек же всегда играет с грузом психологии.

Поэтому сегодня можно сказать без кавычек:
компьютер — чемпион мира по шахматам.

О последнем вопросе
Может ли машина полностью рассчитать все варианты 64-клеточной доски? Пока нет.
Но при дальнейшем росте мощности — возможно.

Что касается вечного спора о преимуществе белых: в партиях между двумя одинаковыми движками результат зависит не от цвета, а от алгоритма. Если алгоритм детерминированный, то при идеальной игре будет ничья.

Но это уже область теории.
А в области практики — машина давно впереди.

Итог
Шахматы стали первой интеллектуальной дисциплиной, где человек уступил машине.
И это не поражение — это просто факт развития.

Интеллект с сарказмом — как шутник на суде: прав, но не вовремя.

Есть чему бояться Коробочке и Унтер‑Пришибееву.
Когда машины «прокляты», это обычно значит одно:
человек снова пытается спрятать собственную ответственность за прогресс.

Беспилотный автомобиль заметили в Нью‑Йорке.
При обгоне через боковые стёкла было видно, что на месте водителя никого нет. Машина двигалась подчеркнуто осторожно — с плавными манёврами и замедлениями, как это бывает при тестовом автономном управлении.
В США уже курсируют сотни таких машин.

Мы боялись восстания машин, но главная угроза ИИ — его безупречное согласие с нашими самыми глупыми идеями.