Сюрреалистическая судебная комедия

Все персонажи и события вымышлены. Следствие, суд и награды показаны как элементы сатирического мира фильма.

Абсурдистская комедия, судебный детектив, литературная сатира.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

МАКСИМ, 20 лет, студент Литературного института, начинающий писатель и режиссёр коротких роликов. Написал первую строчку романа «Я убил человека» и забыл про это. А потом стал знакомиться с девушками и попал на провоцирование и шантаж и на маятник знакомств, так как следователи и адвокаты выясняли, откуда у него ключи (шифры в дневнике и анаграммы в стихах), и поэтому не доигрывали всех девушек, знакомства были без развязки, одни незаконченные действия, незакрытый гештальт. Максима прежде науськивали знакомиться, а потом наврали, что от него карлик убежал. А потом усугубили расследование гипотезой, что от Максима все, все, все убегают.

КАРЛИК, сорокалетний человек во фраке, владелец огромной связки ключей и автор взаимоисключающих показаний. На самом деле никакого карлика не существует, а знаки-шифры в дневнике и анаграммы в стихах Максима — это случайные совпадения информации, карлик ни бросанием в лицо Максиму, ни телепатически ключи не передавал. Никаких ключей вообще нет у Максима.

СЛЕДОВАТЕЛЬ ЕРЁМА, мастер кривого рефрейминга, чиновник с болезненной страстью к тайным версиям и прогрессии усложнений обвинений, допускает двойную и тройную игру. Считает, что довести подследственного до бреда и до дачи ложных показаний и ложных реакций, сфабриковав ложную матрицу-висельницу — это норма. Считает, что подследственного можно прямым текстом лжеобвинить, якобы от него убегает все, что движется и не движется. Допускает удвоение, утроение, и даже учетверение ложных обвинений. Считает, что контрольные точки, когда Максима предупреждали, а Максим не замечал, Максиму можно не напоминать. Конечно, является агентом спецслужб и на самом деле через двойную игру и ложную версию и ложные обвинения выясняет, чей Максим переписчик. Не хочет опровергать ложные обвинения. Они ему нужны для ложного расследования, чтобы выяснить, на кого работает Максим.

АДВОКАТ СЛОНОВ, официальный защитник Максима, который почему-то всё время говорит как обвинитель, а сам через двойную игру и ложную версию выясняет, чей Максим переписчик. Не захотел напоминать Максиму, что Максим с детства жил в театре и его много раз предупреждали и передразнивали, а, значит, Максим не виновен, так как не замечал предупреждений, а вместо этого сам кодирует Максима ложной висельницей-матрицей — ты — маньяк, даже не переспросив Максима, а подражал ли он Достоевскому, хотя эту версию адвокаты знали.

СУДЬЯ ВЕРЕЩАГИН, усталый, но постепенно прозревающий судья.
Никогда не говорит «никогда». Допускает мистические и наветные, клеветническипе элементы в следственном эксперименте. Отказывается иметь дело с диффамационной лигой.

ДЕВУШКА В МЕТРО, самостоятельная, ироничная и достаточно смелая, чтобы остановить странную ситуацию словами. Если дует щечки, у нее получается забавная мордочка, что очень забавно.

1. INT. КОМНАТА МАКСИМА — НОЧЬ

Комната похожа на келью писателя. На одной полке — Достоевский, на другой — Ницше. На столе — камера, микрофон, блокнот и чашка давно остывшего чая.

Максим закрывает «Преступление и наказание».

Подходит к зеркалу.

МАКСИМ

Тварь я дрожащая или право имею?

Зеркало начинает корчить рожицы.

Максим отвечает: надувает щёки, прищуривается, изображает трагическое величие.

Он возвращается к столу и пишет:

Я убил человека.

Максим перечитывает строку.

МАКСИМ

Достоевский не умеет писать. Я напишу лучше. В школах будут изучать моего Раскольникова.

Он подносит лист к зеркалу.

Отражение читает надпись. Его челюсть отвисает.

Максим тоже удивляется.

На обороте листа, которого он не замечает, появляется мелкая приписка:

«А кто сказал, что это признание?»

2. INT. ВАГОН МЕТРО — ДЕНЬ

Максим стоит напротив ДЕВУШКИ.

Он замечает, что носок её ботинка случайно повернут в его сторону.

МАКСИМ

Носок смотрит на меня. Возможно, это знак.

Девушка замечает его взгляд и отступает на шаг.

Максим тут же понимает, что выглядит неловко.

МАКСИМ

Извините. Я снимаю комедию о том, как люди придумывают знаки из случайностей. Можно показать, как не надо знакомиться?

ДЕВУШКА

То есть вы сейчас объясняете, что только что сами стали материалом для фильма?

МАКСИМ

Именно.

ДЕВУШКА

Тогда начните с простого: спросите, хочу ли я участвовать.

МАКСИМ

Вы хотите?

Девушка думает.

ДЕВУШКА

Две минуты. Без преследования. Если скажу «стоп» — съёмка заканчивается.

МАКСИМ

Согласен.

Поезд останавливается. Они выходят вместе, но идут рядом, а не следом.

3. EXT. ПЛОЩАДЬ У МЕТРО — ДЕНЬ

Максим устанавливает камеру.

МАКСИМ

Дубль один. Человек видит случайный знак и строит теорию.

ДЕВУШКА

А потом человек проверяет теорию вопросом.

Максим обращается к ней:

МАКСИМ

Скажите, пожалуйста: вы хотите корчить рожицы?

ДЕВУШКА

Теперь — да.

Она надувает щёки.

Максим делает то же.

Прохожие смеются и присоединяются. Через несколько минут площадь превращается в импровизированную съёмочную площадку.

На экране камеры появляется название:

«РОЖИЦЫ: НЕ ВСЯКИЙ ЗНАК — СЮЖЕТ»

4. INT. КОМНАТА МАКСИМА — НОЧЬ
Максим разбирает старые дневники.

Он находит:

• повторяющееся слово «иноходец»;

• слово «эльф»;

• одинаковые числа, множество повторяющихся единичек и 27 секунд;

• кодовые названия клубов;

• фрагменты анаграмм.

Максим испуганно смотрит на экран.

МАКСИМ

Почему в моих стихах находятся слова, похожие на шифры?

Он открывает справочник по мнемотехнике.

Слово «иноходец» действительно содержит несколько коротких сочетаний букв. Но такие же сочетания встречаются в газетах, песнях и рекламных слоганах.

Максим вводит в поисковик случайный текст:

«Сегодня я купил хлеб и вернулся домой».

Компьютер мгновенно находит в нём:

• кодовое слово;

• название военной операции;

• имя эльфа;

• дату заседания;

• три анаграммы.

Максим смотрит на экран.

МАКСИМ

Так вот как рождается заговор. Сначала берёшь текст. Потом ищешь в нём то, что уже решил найти.

Он пишет на литературном сайте:

«В моих стихах нет тайных сообщений. Совпадение букв не доказывает существование шифра».

Внизу появляется комментарий:

«Подозрительно, что вы так подробно это объясняете».

Максим закрывает ноутбук.

5. INT. КАБИНЕТ СЛЕДОВАТЕЛЯ — НОЧЬ

Следователь Ерёма рассматривает распечатки дневников.

Рядом стоит Адвокат Слонов.

ЕРЁМА

У него анаграммы.

СЛОНОВ

Он поэт.

ЕРЁМА

У него совпадают числа, это шифры.

СЛОНОВ

Он ведёт дневник.

ЕРЁМА

Он написал: «Я убил человека».

СЛОНОВ

Он пишет роман.

ЕРЁМА

У него есть ключи.

СЛОНОВ

Ключи мог бросить кто угодно.

Ерёма медленно поворачивается к нему.

ЕРЁМА

Вы адвокат защиты.

СЛОНОВ

Формально.

ЕРЁМА

А фактически?

Слонов достаёт вторую папку.

На ней написано:

«ПРОЕКТ: ЧЕЙ МАКСИМ ПЕРЕПИСЧИК?»

СЛОНОВ

Мы предъявим Максиму ложную версию о маньяке. Под этим предлогом выясним, кто ему передаёт шифры. На кого он работает.

ЕРЁМА

А если шифров нет?

СЛОНОВ

Тогда выясним, кому он передаёт их отсутствие.

Ерёма задумчиво кивает.

В дверь заглядывает Карлик.

КАРЛИК

А ключи?

СЛОНОВ

Ваши?

КАРЛИК

Не знаю.

ЕРЁМА

Откуда они у вас?

КАРЛИК

Не знаю.

СЛОНОВ

Кому вы их передали?

КАРЛИК

Никому.

ЕРЁМА

Значит, вы двойной агент.

КАРЛИК

Я вообще-то пришёл спросить, где гардероб.

6. EXT. ДВОР НАПРОТИВ СТРОЙКИ — ДЕНЬ

Максиму нужно сфотографировать стройку сверху.

У подъезда стоит Карлик с огромной связкой латунных ключей.

МАКСИМ

Извините, не могли бы вы открыть дверь? Мне нужно сделать снимок с верхнего этажа.

Карлик смотрит на Максима.

Максим смотрит на ключи.

Карлик смотрит на камеру.

Камера смотрит на Карлика.

Саспенс становится нелепым.

КАРЛИК

Вы всё знаете!

МАКСИМ

Я знаю только, что дверь закрыта.

Карлик бросает Максиму в лицо связку ключей и убегает.

Максим поднимает ключи.

В его голове звучит голос Карлика:

ГОЛОС КАРЛИКА

Не говори, что я передал их тебе!

Максим озирается.

МАКСИМ

Я не верю в телепатию.

Он кладёт ключи на подоконник у входа и фотографирует их.

На фотографии связка выглядит как огромный символический «ключ к заговору».


7. INT. ЗАЛ СУДА — ДЕНЬ

Судья изучает дело.

На экране:

• первая строка романа;

• кадры фильма «Рожицы»;

• фотографии ключей;

• анаграммы;

• фрагменты дневников.

СУДЬЯ

Прокурор, в чём конкретно обвиняется подсудимый?

ПРОКУРОР

В убийстве.

СУДЬЯ

Где тело?

Прокурор листает папку.

ПРОКУРОР

В тексте.

СУДЬЯ

Где оружие?

ПРОКУРОР

В метафоре.

СУДЬЯ

Где потерпевший?

ПРОКУРОР

В первой строке.

Судья снимает очки.

СУДЬЯ

Продолжайте. Я хочу узнать, где в этой папке находится хотя бы один факт.

Слонов встаёт.

СЛОНОВ

Ваша честь, мы полагали, что Максим — маньяк. Но наша настоящая задача состояла в том, чтобы выяснить, чей он переписчик.

МАКСИМ

То есть вы обвиняли меня не потому, что у вас были доказательства, а потому, что вам нужна была ложная версия, предлог для другого расследования?

СЛОНОВ

Именно.

МАКСИМ

А ключи?

ПРОКУРОР

У него ключи Карлика.

МАКСИМ

Карлик бросил их сам.

КАРЛИК

Я подтверждаю. Но это не настоящие ключи, они случайно совпали.

СУДЬЯ

Почему вы убежали?

КАРЛИК

Потому что понял, что опоздаю в гардероб.

Судья смотрит на него.

КАРЛИК

И потому что у меня богатое воображение.

8. INT. ЛАБОРАТОРИЯ ПОЛИГРАФА — НОЧЬ

Максим сидит в кресле.

На экране десять тысяч раз повторяется одна и та же сцена:

«От Максима все убегают».

Карлики, девушки, адвокаты, голуби, автомобили и даже один памятник бегут от него в разные стороны.

ОПЕРАТОР

Признайтесь: от вас убегают все!

МАКСИМ

Это монтаж.

ОПЕРАТОР

Но десять тысяч раз!

МАКСИМ

Если десять тысяч раз показать один и тот же монтаж, он не станет реальностью. Он станет длинным монтажом.

Внезапно оператор снимает маску.

Это Карлик.

КАРЛИК

Признавайся! Чей ты переписчик? На кого работаешь?

МАКСИМ

А вы чей двойной агент?

КАРЛИК

Я не знаю.

МАКСИМ

Вот видите. Мы оба ничего не знаем. Но у меня есть теория.

КАРЛИК

Какая?

МАКСИМ

Вы не двойной агент. Вы просто человек, который бросил ключи не тому человеку.

Карлик задумался.

КАРЛИК

А это хуже?

МАКСИМ

Гораздо смешнее.

Полиграф начинает пищать. На экране все убегающие фигуры разворачиваются и возвращаются назад.

9. INT. ЗАЛ НОБЕЛЕВСКОГО КОМИТЕТА — ВЕЧЕР

Максим получает премию за роман, выросший из первой строки.

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ КОМИТЕТА

За превращение литературной фразы в исследование общественной подозрительности.

Аплодисменты.

Карлик встаёт.

КАРЛИК

Я тоже написал: «Я убил человека». Дайте мне премию!

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ КОМИТЕТА

А вы написали продолжение?

КАРЛИК

Нет.

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ КОМИТЕТА

Тогда вам — ключ от гардероба.

Ему протягивают маленький ключ.

Карлик смотрит на него.

КАРЛИК

Это не мой.

Он бросает ключ Максиму.

Максим ловит его.

Все в зале замирают.

МАКСИМ

Не волнуйтесь. Это просто совпадение.

КАРЛИК

Или знак!

МАКСИМ

Или ключ.

10. INT. СЦЕНА ТЕАТРА — НОЧЬ

Максим и Девушка из метро показывают фильм «Рожицы».

На экране — люди, которые сначала видят случайный жест, а потом придумывают вокруг него огромный сюжет.

Финальный кадр: Карлик бросает ключи. Никто не убегает.

Девушка обращается к зрителям:

ДЕВУШКА

Что вы видите?

Зрители отвечают по-разному:
 — улику;
 — шутку;
 — совпадение;
 — приглашение;
 — ключ.

Максим выходит на сцену.

МАКСИМ

Смысл не лежит внутри события готовой уликой. Мы приносим его с собой. Поэтому перед обвинением полезно задать три вопроса: что произошло? что доказано? и кто первым придумал остальное?

Он смотрит в зал.

МАКСИМ

А первая строка — всего лишь первая строка.

Максим надувает щёки.

Весь зал повторяет.

В зеркале над сценой отражение тоже надувает щёки — но с небольшой задержкой.

КОНЕЦ ФИЛЬМА

Жил-был флюгер. Кузнец выковал его однажды в жаркой искре — тонкую стрелку с крыльями, гордо изогнутую, с глазами из меди. Кузнец сказал ему: «Ты будешь указывать, куда тянет небо». Флюгер поверил: думал, он — хозяин своих движений, хранитель истины ветра.

Поставили его на шпиль замка. Утром ветер шептал, днем — рвал, ночью — стихал. Каждый порыв отдавался в тонком теле флюгера; он вертелся, склонялся, сопротивлялся и соглашался. И с каждым поворотом росло в нём ощущение горечи: не он выбирает…
… показать весь текст …

У меня с Достоевским связано сразу три плана моих будущих романов. Когда мне было четырнадцать лет, я, прочитав «Преступление и наказание», отложил книгу на полку и сразу взял листочек с ручкой и написал первую строчку своего будущего романа, начав его с главной идеи Раскольникова «Я убил человека». Это была первая строчка и основная идея, как я позже узнал — синопсис. Мне показалось, что я напишу лучше, чем Достоевский и более психологично и философски.
Потом мы стали выписывать новое собрание…
… показать весь текст …

Психологический судебный триллер, экзистенциальная драма

LOG-LINE: Молодой писатель Макcим, желая написать роман посильнее Достоевского, втянут в абсурдную цепь случайностей: связки чужих ключей, «убегавшие» карлики, ложные обвинения и 10 000 бредовых проекций на детекторе лжи. Для того, чтобы вспомнить и объяснить, человеку нужно время думать — но этот росчерк времени ему не дают. Максима забрасывают снежным комом бреда и мешают вспомнить ход событий, не дают ничего объяснить, а, как попугая,…
… показать весь текст …

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку

Буратино Я и Карабас-Буратоз — НИКОГДА. Золотой ключ от потайной двери в Сверх-Мир.

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Лгать может, стать правдой — может.

Деревянным быть, остаться куклой — нет.

Сломать верёвку может, служить кукловоду — нет.
… показать весь текст …

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Григорий Печорин (Аннигиляция дуэльных страхов и скуки эпохи)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Разрушить чужую судьбу может, построить свою — нет.

Царапнуть сердце Белы может, ласкать её прах — нет.

Сгореть в полете дуэли может, остаться в гнезде покоя — нет.
… показать весь текст …