Шёл по лесу, по тропинке
Бородатый Колобок.
Весь седой, в каждой морщинке
Золотился сахарок.
Нет румянца, вид как пробка,
Старость — грустная пора.
Да и нет младой сноровки,
Плесень кое-где была.
Волк плешивый, труп ходячий,
Брёл навстречу вдалеке.
Взгляд потухший, леденящий,
И немного не в себе.
-Ба! — сказал. — Какие гости!
Толь сухарь… толь Колобок. — Сам-то, сам — кожа да кости,
Сыпется вовсю песок.
Волк вздохнул:- Ты прав, дружище.
Столько лет прошло с тех пор.
-Помню твой удар в глазище, —
Продолжал волк разговор. — Было дело! Помню, помню, —
Колобочек сморщил лоб.
И пошёл дальше по полю;
Мимо пролетел удод.
Солнце сильно припекало,
Колобок присел в тени
И сказал себе устало:
-Юности вернуть бы дни.
Вдруг услышал чей-то шорох,
Рядом — рыжая Лиса.
-Боже ж мой, — услышал шёпот,
Сузила Лиса глаза.
-Что, плутовка? Что, узнала?
Старая совсем карга.
Помнишь? Как за мной бежала,
Помнишь? Сладость тумака.
-Да, дружок. Минули годы.
Мы не те, и жизнь не та.
Подкосили нас невзгоды,
В прошлом чувств наших весна.
То да сё. Поговорили,
Попрощались как друзья
И обиды все забыли,
Меж собой зла не тая.