На перекрёстке пробка. Ангел столкнулся с птицей.
Птица сидит и хнычет, ангел лодыжку трёт.
Регулировщик Вовка громко свистит и злится —
думал, суббота нынче, можно уйти до трёх.
Люди спешат на помощь, кто-то бежит с аптечкой.
Скорая на подходе, доктор готовит йод.
Бабка несёт из дома хлеб и котлету с гречкой,
следом плетётся Бобик и полосатый кот.
Люди застыли в окнах, а человек в халате,
радости не скрывая, шепчет: не перелом…
Ангел визжит: щекотно! Птица курлычет: хватит!
Люди переживают: кости — не поролон.
Доктор закончил дело. Вовка закончил смену.
Бабка слезу смахнула с подслеповатых глаз.
Птица и ангел в небо взмыли одновременно —
быстрые, словно пуля, лёгкие, словно газ.
Крыльями режет воздух ангел, играя с птицей.
Небо не одобряет пробок и постовых.
Люди не могут просто взять и договориться —
мир без конца и края видимо не для них.
Тысячелетий ребус сложен и прост до боли.
Криком наружу рвётся — волей нельзя владеть.
Птицам нельзя без неба, людям нельзя без воли.
Небу нельзя без солнца, ангелам — без людей.

Я знаю, ты рядом, в душе у порога,
Где сердце моё хранит память ушедших,
Ты ангел, что послан когда-то был Богом,
Спасти этот мир от людей сумасшедших.

От подлых тиранов, что кровью питают
И травят всё то, что прекрасным зовётся.
От диких людей, что живых презирают,
От тех, кто с издевкой над нищим смеётся.

И пусть путь не пройден, распяли за слово,
За правду о Боге, за веру в святое.
Но ты возвращаешься снова и снова,
Спасая наш мир, где давно нет покоя.
… показать весь текст …