Карты разложены, стульев тринадцать,
Пять промежутков средь гордой толпы,
Но, чтоб в тишине не заплакать,
Смысл обгоняет на трассах мечты.
Гордые птицы поют в поднебесье,
Морок гуляет по душам людей,
А на стремнине столкнулись, как в песне,
Три астронавта и вектор идей.
Думали думы, забыв про скитанья,
Верили в честность и правду зари,
Но факторы риска и непониманье
Всё зачеркнули, забыв о любви.
Славное было вчерашнее утро,
Розовым светом раскрылся рассвет,
Но в красоте разрослась перламутром
Память, которой не нужен привет.
Скомканы простыни, выпито кофе,
Цокот копыт растерялся в пути,
А он опять на защитной Голгофе,
Как инвалид, ищет суть впереди!
Снова в зените застыли планеты,
Словно мишени в прицеле судьбы.
В старых архивах — пустые ответы,
В новых — лишь эхо немой ворожбы.
Время течёт, как песок сквозь ладони,
Грани стирая меж «был» и «хочу»,
И в бесконечном, холодном разгоне
Мы припадаем к чужому плечу.
Там, где кончается логика стали,
Где обрывается нить бытия,
Те, кто когда-то в полете устали,
Снова находят обрывки чутья.
Снова в тумане — очертанья причала,
Снова в кармане — лишь горсть пустоты,
И начинается всё с начала,
С той же незримой, как дым, высоты.
Мир не прощает ошибок и лени,
Мир не приемлет застывших теней,
Он преклоняет свои колени
Перед безумством идущих за ней —
За той звездой, что сгорела до срока,
Оставив пепел на картах дорог,
Где одиночество — высшее эго,
А тишина — самый верный итог.
Так и бредём, не смыкая ресницы,
В поисках смысла в обломках зеркал,
Чтобы в конце, перевернув страницы,
Снова увидеть, как гаснет финал.
И в этой драме, где нет режиссёра,
Где каждый — зритель и каждый — актёр,
Мы догораем, не зная позора,
А мир в наше время пока что стажёр.
Кемерово
Верили
© Улиана 254
