Он рос в пыли, считая медяки,
Теперь в его руках весь султанат.
Но пальцы шаха уже слабы, легки,
И безразличен блеск былых наград.
Пред ним поднос из чистого литья,
Но полон рот сухой, полынной мглы.
«Всё — мне!» — кричит он. Эхо бытия
Смеётся тихо из глубокой мглы.
Скрывая немощь за шелками штор,
Он шепчет: «Я пресыщен, я велик!»
Но сам с собою начинает спор,
И прячет в пышной бороде свой крик.
Рассыпется корона, словно прах,
И саван сменит золото парчи.
Уснул в холодных стенах грозный Тамерлан,
Где трон из золота безмолвный в темноте молчит.
© Арыстан Тастанов 1389
