День был сер и ветренен, и тих.
Люди мимо медленно шагали,
не читая знаков роковых.
На базаре душу продавали.
Не за золото — за забытьё.
И глаза у продавца мерцали,
будто он уже терял её.
Я стоял молча у прилавка,
слушая осенний разговор.
Было больно, горько и не жалко —
словно вынес кто-то приговор.
И когда над площадью пустынной
вечер опустил своё крыло,
понял я: душу не покинуть,
если сердце ею проросло.