…
Напали на беспомощную? Зря смеялись… Они даже не представляли, КТО она такая и что произойдет через минуту…
`

Она шла по пустеющей боковой аллее после тренировки, все еще чувствуя приятную тяжесть в мышцах. Утро было тихим: мокрые листья прилипали к дорожке, над прудом тянулся прохладный пар, где-то вдали слышались голоса гуляющих.

На вид — обычная женщина в спортивном костюме. Рюкзак за плечом, волосы собраны в хвост, на шее тонкая золотая цепочка. Никто из прохожих не задерживал на ней взгляд, и именно это ей нравилось больше всего. В редкие свободные часы она могла быть просто собой, без формы, приказов и постоянной готовности к опасности.

Рев мотоциклов разорвал тишину слишком резко.

Она обернулась и сразу поняла: это не случайные прохожие. Три старых мотоцикла свернули с широкой дорожки и перегородили ей путь. Мужчины спешились неторопливо, с той наглой уверенностью, которая бывает у тех, кто привык видеть перед собой испуганных жертв.

Первый ухмыльнулся, оглядывая ее с головы до ног.

 — Телефон, деньги, цепочку. Быстро, красавица. Не заставляй нас нервничать.

Двое других разошлись по сторонам, отрезая ей дорогу назад. Один нервно дергал щекой, другой сжимал тяжелые кулаки, будто ждал повода ударить. Они выбрали место грамотно: кусты закрывали обзор, до ближайших людей было далеко, а шум центральной аллеи тонул за деревьями.

Она не закричала. Не отступила. Только медленно потянулась к сумке, считая расстояние, оценивая руки, плечи, обувь, дыхание каждого.

Главарь решил, что она сломалась.

В следующую секунду ее ладонь резко взлетела к его горлу, но сзади что-то тяжелое ударило в затылок. Мир вспыхнул белым, ноги подкосились, и она рухнула на колени. Мужчины засмеялись. Один сорвал с нее цепочку, второй вытряхнул сумку, третий швырнул в лужу ее удостоверение.

Главарь наклонился к ней почти ласково.

 — В следующий раз отдавай сразу. Тогда больно не будет.

Они смеялись, глядя на женщину в грязи, и даже не представляли, кто она такая и что произойдет через минуту.

Белый шум в ушах медленно сменялся тяжелым, ритмичным стуком собственного сердца. Боль в затылке пульсировала, но для нее это был не шок, а лишь сигнал, включивший давно отработанный до автоматизма алгоритм. Пелена перед глазами рассеялась. Первое, что она увидела перед собой — свое раскрытое удостоверение, упавшее в грязную лужу. Из-под слоя мокрой земли проступала строгая голограмма, герб и лаконичная надпись: «Управление специальных операций». Выше — фото в форме и звание подполковника.

Тридцать секунд ушло на первичную оценку повреждений. Сотрясение легкое, кости целы, координация возвращается. Внутренний тумблер переключился из режима «гражданский отдых» в режим «ликвидация угрозы». Боль отступила, уступая место ледяной, расчетливой пустоте.

Троица грабителей уже повернулась к ней спинами, направляясь к своим мотоциклам. Они оживленно делили добычу, уверенные, что оставили позади сломленную, испуганную женщину. Самый нервный, тот, что ударил ее сзади, как раз прятал ее золотую цепочку в карман рюкзака.

Она поднялась на ноги бесшумно, словно тень. Грязь на спортивном костюме больше не имела значения. Вся ее фигура мгновенно изменилась: исчезла легкая сутулость прохожего, плечи развернулись, центр тяжести сместился для идеального баланса.

Первая минута пошла.

Она сделала два стремительных, абсолютно неслышных шага по мокрой траве. Нервный мотоциклист почувствовал неладное и начал оборачиваться, но было слишком поздно. Ее ладонь, сложенная лодочкой, с сокрушительной силой обрушилась на его ухо. Барабанная перепонка лопнула, парень потерял ориентацию в пространстве и начал оседать, но она не дала ему упасть просто так. Перехват за воротник, резкое движение коленом в область печени — и первый нападавший со стоном уткнулся лицом в прелые листья, мгновенно отключившись из боя.

Двое оставшихся замерли. Смех оборвался так резко, будто его вырезали из аудиозаписи. Второй — широкоплечий, с тяжелыми кулаками — взревел от ярости и бросился на нее, замахиваясь для размашистого удара.

Для профессионала такого уровня его движения казались замедленной съемкой. Она легко ушла с линии атаки коротким шагом в сторону. Рука нападавшего провалилась в пустоту. Используя его же инерцию, она перехватила его запястье, жестко провернула против часовой стрелки и нанесла резкий удар основанием ладони под локоть. Раздался сухой, отчетливый хруст вывихнутого сустава.

Мужчина взвыл, падая на колени и прижимая сломанную руку к груди.
Остался главарь. В его глазах наглая уверенность сменилась первобытным, диким ужасом. Он понял, что перед ними не жертва. Перед ними был хищник совершенно иного порядка.

Он лихорадочно потянулся к карману, выхватывая складной нож, но его пальцы дрожали.

 — Назад… Назад, тва.рь! — выплюнул он, пытаясь выставить лезвие перед собой.

Она не стала сокращать дистанцию вручную. Носком кроссовка она прицельно пнула тяжелый мотоциклетный шлем, лежавший на земле. Тяжелый пластик точным снарядом влетел главарю прямо в солнечную сплетение. Тот выдохнул весь воздух, согнулся пополам и выронил нож. Следующим движением она оказалась рядом. Короткий, выверенный удар в челюсть снизу вверх — и главарь грузно рухнул навзничь рядом со своим мотоциклом.

Тишина аллеи снова восстановилась. Прошла ровно одна минута.
На дорожке стонали двое мужчин, третий был без сознания. Она спокойно подошла к луже, подняла свое удостоверение, отряхнула его от грязи и спрятала в карман. Затем подняла рюкзак, вытащила цепочку и телефон.

Открыв мобильный, она набрала короткий номер спецсвязи. Голос ее был ровным, дыхание даже не сбилось.

 — Говорит Соколова. Нападение на маршруте самоподготовки. Три объекта. Нейтрализованы. Нужна оперативная группа для эвакуации задержанных и три эвакуатора для их транспорта. Передайте дежурному, пусть пробьют по базе угонов и разбоев. Координаты высылаю.

Она завершила звонок и посмотрела на главаря, который со страхом и непониманием смотрел на нее снизу вверх, держась за разбитое лицо. Его зубы стучали — то ли от холода, то ли от осознания того, как глупо и страшно они ошиблись.

 — Вы… кто ты? — прохрипел он, сплевывая кровь.

Она посмотрела на него сверху вниз — холодным, проницательным взглядом человека, который видел в этой жизни слишком многое.

 — Считай, что сегодня ваш счастливый день, — тихо ответила она. — На работу я шла без табельного оружия.

Где-то вдали, пробиваясь сквозь утренний туман, уже завывали сирены ведомственных автомобилей. Она поправила рюкзак на плече, развернулась и пошла дальше по аллее, оставляя позади и грязь, и тех, кто так неосторожно решил встать у нее на пути. Прохладный утренний воздух приятно освежал лицо, а впереди ее ждал долгий рабочий день.