Гораздо более сложен и глубок Мигель де Сервантес Сааведра, автор всемирно знаменитого «Дон Кихота». Это — многослойное творение, каким, на мой взгляд, и должно быть произведение любого вида искусства: наиболее утончённые, эрудированные и сообразительные воспримут и оценят по достоинству все, скажем, восемь слоев романа, менее утончённые ценители — семь и так далее до непритязательных жизнелюбов, которые смеются до упаду, если им показать палец. Им предназначен самый верхний приторно-сладкий слой.

В «Дон Кихоте» есть и такой слой, когда этот «полудурок, ну точно наш сосед сверху, кандидат каких-то наук», то есть Дон Кихот, воюет с ветряными мельницами, и это кому-то доставляет массу удовольствия от сознания своего превосходства над ним, а у кого-то после прочтения тех же самых страниц сжимается горло от совсем иных чувств и переживаний.

Кто-то усмотрит в произведении Сервантеса прежде всего гротескную пародию на рыцарские романы, кто-то — едкую сатиру на современную автору действительность, кто-то содрогнётся, ощутив всеми фибрами души этот жуткий разлад между истинно человеческими побуждениями странствующего рыцаря и откровенно скотскими устремлениями нерассуждающих, жующих ради самого процесса и живущих затем, чтобы, по словам Леонардо да Винчи, только лишь наполнить нужники.

В то же время Сервантес пытается отвратить нас, читателей, от сиропного прекраснодушия, демонстрируя яркие примеры не только его бесполезности, но и чреватости тягчайшими последствиями.

Дон Кихот, руководимый самыми добрыми намерениями, освобождает из-под конвоя арестованных злодеев, а те вместо благодарности забрасывают его камнями. Не следует освобождать злодеев, потому что злодейство — это свойство натуры, а натуру не переделаешь, даже пытаться не стоит из-за бесспорной никчёмности и опасности для окружающих.

И обольщаться попусту не следует, учит нас великий Сервантес. Не нужно из самой заурядной скотницы лепить Дульсинею Тобосскую. Это глупо, смешно и чревато последствиями, среди которых горькое разочарование — самое лёгкое.

Дон Кихот символизирует собой рыцарские идеалы, которые уже обречены на осмеяние, на побитие камнями, на убийственные диагнозы психиатров. Уже вовсю заявляет о себе та общественная сила, которая сделала своим богом одну лишь выгоду, а потому все, абсолютно все явления бытия оценивает только лишь исходя из этого критерия.

Дон Кихот ведёт неравный бой с этой силой, которую невозможно победить, да и не следует побеждать, а нужно просто указать ей на то место, которое наиболее соответствует её роли в процессе гармонизации общества. Самый богатый купчина в нормальном, здоровом обществе не ощущает своего превосходства над самым бедным армейским полковником или профессором. Не только не ощущает превосходства, но и почитает за великую честь сидеть с ними за одним столом.

Таким образом здоровое общество устанавливает систему своих приоритетов, и не дай Бог ей накрениться в сторону золотой гири, потому что оно попросту погибнет без того, что нельзя купить…

Закономерности развития общества ещё можно как-то попытаться анализировать с позиций социальной психологии, логики, психиатрии, на худой конец, но никак не Истории. Эта дама слишком субъективна, прихотлива, и склонна к проституции.

Поэтому не только закономерности, но даже свободно плавающие на поверхности факты едва ли доступны научному анализу господ историков. Факты фактам рознь.

Вот и выходит, что даже общеизвестный факт не всегда возможно объяснить с научных позиций или хотя бы с позиций элементарной житейской логики.

Как только общество расслаивается на богатых и бедных, тут же плодится армия шарлатанов: экстрасенсов, астрологов и психологов, не говоря уже об откровенных мошенниках. Это естественная реакция на социальную несправедливость. То же касается и проституции — она всегда сопутствует классовому расколу. Резкий социальный контраст — признак больного общества. Общаясь с представителями этих «профессий», я пытаюсь говорить о причинах их появления, но всякий раз ловлю себя на мысли: рассуждать с ними о социальных язвах — всё равно что объяснять пигмею квантовую физику. Кажется, что на тысячу людей едва найдется один порядочный человек. Остальные же мечтают не о свободе, а о том, чтобы завести собственного раба и продолжать паразитировать.

«Счастливое общество»

В далёкой горной долине, где время текло неторопливо, а воздух был пропитан ароматом трав, жил мудрец по имени Эларий. Люди приходили к нему за советом, и он никогда не давал готовых ответов — лишь задавал вопросы, заставлявшие задуматься.
Однажды к нему явился юноша по имени Лирон. В глазах его горела жажда перемен: — Я хочу создать счастливое общество, — сказал он. — Но не знаю, с чего начать.
Эларий улыбнулся и предложил: — Давай прогуляемся. Поговорим по пути.

Част…
… показать весь текст …