Весь город спал. Был слышен храп.
Я на работу шел, как раб.
Многоэтажные могилы
глядели свысока уныло,
мне ничего не говоря
от фонаря до фонаря,
от января до января,
от января до фонаря…

На берегу Садового кольца
газет старинных жёлтые страницы
листает переулками столица,
читая их, как правило, с конца.
Всё потому, что скуки убоясь
и не желая встретить чьи-то лица,
ей хочется однажды заблудиться,
в прохладных подворотнях затаясь.
Через ограды тянется листва,
как преданная брошенная паства.
Не получив обещанного царства,
в вязь лабиринтов прячется Москва.

Ещё далеко до рассвета.
Спит город в морозном окне.
Остаток ночных силуэтов
Сонно лежат в тишине.

Украдкой мечтаю о лете…
Вчерашний день сердцем кручу…
Светает.Кругом в белом снеге
Мой город … и я в том плену.

Синоптики странные.
Сидят на метеостанции, в четырех стенах, окруженные мониторами и вещают нам:
«Сейчас в городе плюс двадцать пять. Ясно?»
Я смотрю в окно и мне совсем не ясно, почему они спрашивают: ясно нам или не ясно.
У меня за окном вообще ливень.
Прорубили бы им там на метеостанции форточку что ли.