Отцвели магнолии, улетели лепестки в рай. Верю, сейчас лепестки у тебя на ладонях. Цветочные лепестки — наша память улетают в небо посланием.
Мама, май целует нас с сестрой цветами! 23 весны ты больше не с нами. В сердце осталась драгоценная память и Светом твоей Любви, осталась в наших Душах.

Начало мая…

Белые розы, как слезы…
Кратко мною
Их история рассказана…

Май у Хеленки слезился воспоминаниями о бабушке.
Бабушка Хеленки, подделав документы, сбежала воевать … Сейчас мы смотрели на её послевоенные фотографии — невысокого роста, тоненькая, с густыми вьющимися волосами.
И понятно, что были бы люди внимательными в военкомате,
училась бы она в школе… После распределения её родители
получили телеграмму: «Ушла на войну. Люблю Анна.»
Она прошла всю войну, разведчица, орденоно…
… показать весь текст …

Моя Мама гордо несла букет стоицизма, эмпиризма, рационализма и идеализма. На все тяжелые, грустные, безвыходные ситуации и события она произносила три мягких слова: «Могло быть хуже».
Я взяла не только её гены, но и тональность мировоззрения.

Отражаясь в чашке утреннего кофе, кутаюсь в его аромат… Создаю образы — странников, которые порой и сами не знают, куда держат свой путь. А иногда, я Женщина в своей тайной комнате, плачу от счастья и смеюсь над неудачами.

И не жду, что мне кто-то ленточку прицепит к лацкану, со словами: «Ну всё, Анна-Мария, теперь можно и в писатели». Ведь у меня банальные тексты, обычное баловство!

Мама садится на краешек кровати и поправляет на мне мягкое одеяло. Улыбается, и я знаю, что сейчас будет сказка или песня, в зависимости от маминого настроения. Мама начинает тихонько напевать, и я догадалась, что у мамы днём было всё хорошо, потому она будет петь. Мамин альт звучит мягко и ласково: Kotki dwa… Aaa, kotki dwa, szarobure obydwa…

Её голос убаюкивает, успокаивает. Мамины пальцы нежно касаются моих пшеничных волос. Я представляю белую кошечку и рыжего кота, кошечка заглядывает в тё…
… показать весь текст …

Впервые я поняла это в Кракове, а потом озарение ко мне пришло в Роттердаме и я с ним не расстаюсь.
В четвертой книге «Метаморфоз», Овидий пишет: «День угасал. Наступала пора, которую нельзя назвать: тьмы ещё не было, но и света уже как будто не стало, — поникший день с робкой ночью минутное соседство». Что хотел сказать поэт? Только то, что иногда можно уловить неуловимое. Например, тот короткий момент, когда день плавно кутается в одеяло и становится ночью. Есть люди, которые могут увидеть ми…
… показать весь текст …