Какое счастье, когда вдруг на твоей волне появляется звук, что не портит её, не корежит.
Сердца медленный стук, теплота чьих то рук, душ родных унисон и похожесть.

Не дай вам БОГ вдруг очерстветь душою…
В глазах родных вам не увидеть боли…
И за рутиной дел забыть о близких…
Не дай вам БОГ упасть душою низко…
Пройти и не подать кусочка хлеба…
Забыть о судном дне, что ждет на небе…
И не помочь, упавшим на колени…
И дать душе покрыться мраком, ленью.
Не дай вам БОГ вдруг очерстветь душою.
И частокол бездушия построить…

Не хочу изюминки, не хочу отметины
не хочу быть сильною, не хочу заметною…
быть хочу любимою и обыкновенною,
самой быть желанною и всегда заветною.
Чтобы утром раненько, целовал, ты, шепотом.
Чтоб делил со мною ты, и дела и хлопоты.
Чтобы стол со скатертью, абажур зелененький.
Пусть и старомодненько, но ты мой и родненький…

Эх года, мои года… седина, морщинки
а душа, она всегда… лишь на половинку.
Тот кусочек, что познал слёзы и обиды,
безнадёгою не стал, пусть и «карта бита»…
ему нежность и тепло отдает надежда
половинка-то души верит в жизнь, как прежде.
И не страшно, что года изменяют тело,
а душа-то молода, есть ещё пробелы,
есть желания познать белых пятен сущность
только телу иногда, душу надо слушать.

Взяться бы женщинам дружно за руки
Мир не пустить на «сьедение», муки.
Черные, белые, дочери, матери
просто мы женщины, нам ли не знать это
что не должно быть войны и печали
что мы детей, лишь, для счастья рожали…
мы не хотим, чтоб мужья воевали
чтоб сыновья свою жизнь отдавали,
чтобы сиротами не были дети
ВСЕ МЫ ЗА МИР НА ОГРОМНОЙ ПЛАНЕТЕ…

Ах, бросьте говорить летят, мол, годы.
Счастливой женщине, ни грамма не страшны.
Ведь нет не срока, обстоятельств, и погоды…
Нет лета, осени, зимы в них нет, весны.
Есть просто радость — дом, детишки, милый
Очаг уютный, понимание, покой…
И что там годы… счастье — это сила…
И крепкий тыл, за мужниной спиной…