Сто лет прошло, а помню до сих пор,
И жар костра, и тихий звон гитары,
И ни к чему, случайный разговор,
Не про любовь — ему я разве пара?
Он — вон какой, и взрослый, и поёт
(а я вот только слушать и умею),
И брови, как срисованы, вразлёт…
Глядеть могу, но большего не смею.
А он всё говорил и говорил
Обычные, совсем как будто, вещи,
И струны между делом теребил,
Но слово в песне становилось вещим,
И задевало остро… в глубине,
Где мыслей полудетских не бывало,
Где только зарождалось в тишине
Чего-то очень важного начало.
Казалось, вот сейчас я всё пойму…
А вечера цвело очарованье
В пылу костра, в порхающем дыму
И в переборе слов под струн звучанье.
Но морок спал… Не поняла тогда,
Что в этом всём особенного было,
Но память для чего-то сквозь года
Слова и звуки бережно хранила.
И не скажу, пожалуй, до сих пор
К чему я этот помню разговор,
И что разворошил, и что зажёг
Давно в костре потухший уголёк…
