Думал он, думал.
Думал он долго.
Думал всю осень и зиму… Весной,
очнувшись от запаха первых сиреней,
произнес со смертельной тоской на лице:
«Беатриче была проституткой»

Осень… Дорога…
На крыльях слезы
душа поднимается
в небо

Стоишь у моря. Смотришь в небо. Видишь плы-
вущих птиц, которых никто не видит…
(Если долго смотреть в Ничто — проступает исти-
на).
А за тобой большеглазая осень, с лицом одино-
кой девочки, потерявшей прошлое. А за осенью —
ливни, потерявшие небо, а за ливнями — я, потеряв-
ший всё… Среди бархатных дюн, обтекаемых си-
ним воздухом. С остановленным сердцем, похожий
на черного ворона, я стою от тебя на расстоянии в
тысячу лет и жду, когда ты, обернувшись, увидишь
меня, с протянутыми тебе гла…
… показать весь текст …

Сухая осень, сумерки, на белом,
лаская воздух утоленным телом,
хватая время павшими руками,
становишься моделью Модильяни,
становишься… Как яростно и нежно
морская зыбь по наготе твоей
бежит куда-то, исчезая… Мне
безмерно страшно прикоснуться, страшно
сломать пейзаж

Осень. Если вам холодно, надо просто разжать кулаки и тихонечко взять в ладони этот совершенно окоченевший мир. И он потеплеет, он обязательно потеплеет хотя бы на две ладони, чего более чем достаточно чтобы жить дальше.

Весна — это осень,
по склонам которой
старая лошадь
тащит телегу
с цветами